Война с Вэнями проиграна. А-Яо чудом удается вырваться из рук Вэнь Жоханя. Вэнь Цин чудом удается его спасти. И вообще то, что солнечная буря именитые ордена лишь потрепала, а не уничтожила, – это тоже маленькое чудо. Маленькое чудо, отнявшее у Цзян Чэна – единственного оставшегося из всей семьи брата, у маленького Цзинь Лина – дядю, у Лань Ванцзи – возлюбленного и желание жить, у Лань Сичэня – младшего брата, потерявшего себя в отчаяние и горе, у целого мира… Вэй Усяня.

Старейшина И Лин Вэй У Сянь мертв. Но ты продолжай жить. С замерзшим сердцем и острыми, как бритва, осколками воспоминаний, как бы ни было больно, продолжай жить. Иначе кто протянет ему руку, когда он вернется?

После примерно двух месяцев с момента нахождения и усыновления Лань Юаня, Лань Ванцзи начинает замечать странные вещи касательно своего ребёнка. Или: Лань Сычжуй видит мёртвых. Это беспокоит Лань Ванцзи, который отмечает, что сын видит духа, которого зовёт "Мама".

– Я не люблю тебя, – говорит Минхо тихо, но отчетливо. Джисон вздрагивает, когда губы старшего касаются его шеи. Словно сам верит, что это правда, он повторяет. – Я не люблю тебя, Джисон.

Он уже не думает — он знает. Знает, что Дилюк не примет. Знает, что не поймёт. Да что уж там, Кэйа уверен, что названный брат его презирает. Потому что он видел. Видел этот взгляд, полный ненависти. Так почему каждый раз в нём теплится надежда? Ведь от него отвернулись, а значит была причина. Значит это — его вина. И он уже не думает, что им просто нужно поговорить. Теперь он думает, что это не имеет смысла.

Это уже было, как ритуал. Матери поют детям на ночь колыбельные. Фэн Синь осыпал Му Цина ругательствами и проклятьями, когда латал его раны. Что человеком, что богом.

Он умер человеком. Жил демоном. И возродился. Богом.

Пусть мое дитя аль-Хайтам проживет мирную жизнь.

Кавеху плохо. В очередной раз он закрылся в комнате на неделю со словами, чтобы его не беспокоили. Как всегда, кажется. Но он из нее вообще не выходил и Хайтам заподозрил неладное. Он переживает

Могущественные силы не подвластные собственной воли, могут навсегда лишить чувств. Кэйа игнорировал этот факт, просто потому что так легче. Но вот он в полной беспомощности лежит на холодном полу и в глубокой тишине комнаты слышен мерзкий треск и он засыпает глубоким и пустым сном.

Боги и демоны не бессмертные, они просто долго живут. С проклятыми оковами в лаве сгорают быстрее, чем оплавляются надетые сверху доспехи. Это как раз те самые обстоятельства, от которых — умирают.

Оказавшись вот так запертыми в одном помещении, когда им было лет по пятнадцать-шестнадцать, он и Вэй Ин, наверное, раз десять бы уже поспорили, посмеялись и, может, даже подрались. Не всерьёз, конечно. А теперь что? Молчат каждый в своем углу, и Цзян Чэну все хотелось сделать хоть что-то, чтобы сломать эту тишину пополам.

Запечатанный в Тюремном царстве Годжо Сатору находит мир, в котором обитают души умерших, и встречает того, кого уже не ждал увидеть вновь.

"Изуку поднимает взгляд, в зеленых глазах отражаются звезды, которые он видит, и позволяет себе в последний раз полюбоваться небом. Он наконец-то сделает то, что пытался сделать ещё в средней школе...." (Читать примечания)

Его матери не стало. Всемогущий разрушил его мечту. Каччан его ненавидит. Всем будет плевать, если он умрет. Его больше ничего здесь не держит. Даже Сотриголова будет рад его исчезновению, ведь он просто линчеватель,что доставляет всем проблемы...