Единственное, что отделяет Сайно от абсолютно возможного счастья, — кое-чья абсолютно невероятная скромность. Но и на это у генерала махаматры есть решение: терпение и любовь.

Тигнари никому не отказывает. Сайно не устраивает быть исключением.

Кто бы мог подумать, что это так сложно – обрабатывать рану близкому человеку.

Сайно внезапно обнаружил, что Тигнари начал линять.

Многие делали Тигнари подарки, рассчитывая на ответное внимание, но только Сайно смог угадать, чего же на самом деле тот хотел.

В таком случае, все, что ему оставалось — наблюдать. Тигнари моргнул несколько раз, его взгляд был расфокусирован, а кончик хвоста слегка вилял. Моргнув ещё раз, он посмотрел на Сайно. Постепенно он начинал выглядеть более сосредоточенным и, судя по всему, озадаченным. — Сайно? - сонно бормоча его имя в недоумении, он зевнул, все так же лёжа на боку и не отрывая от него глаз. — Сайно, это ты?

Хвост Тигнари сходит с ума, когда приходят письма Сайно. Или сам Сайно.

В один весенний день у дома Тигнари останавливается конный гонец. Он представляется официальным лицом Ордо Фавониус и волей действующего магистра отдаёт стоящему у порога Сайно два серебряных футляра. В одном из них приглашение и маленький холщовый мешочек с округлыми семенами жонкилии, на вопрос о значении которых Тигнари лишь невозмутимо пожимает плечами. «Жонкилия на языке цветов говорит о любви и страсти» — узнаёт Сайно от Лизы в ночь первого дня ежегодного Луди Гарпастум в Мондштадте.

Когда из далёкого Ли Юэ, лежащего за горизонтом и разделённого с регионом мудрости глубинной каменной пропастью, пришло письмо об открытии Разлома, Тигнари не сомневался, что поедет. «В Разломе уникальная фауна» – таким был официальный предлог его отъезда вместе с Коллеи. Истинная причина, которую знали лишь трое, была иной. В лесу Авидьи уже некоторое время происходило что-то необъяснимое. И Разлом – единственное, что приходило на ум.

Сайно почти никогда не даёт о себе знать, отправляясь в длительные экспедиции или на поиски неугодных Академии. Поэтому, когда в лес Авидьи было доставлено письмо, опечатанное самим генералом махаматрой, Тигнари, слегка опешив, начал собираться в дорогу. И пусть перспектива вновь вступить на земли той далёкой бескрайней пустыни совсем не прельщала, он был готов поступиться своими интересами и бросить все дела, только чтобы увидеть своего Сайно и позаботиться о нём.

Каждый раз, когда Сайно отправлялся в исследовательскую экспедицию в безжизненные пески пустыни, Тигнари делал самодельный браслет из лепестков красной камелии. «На удачу» – утверждал ботаник, и Сайно всегда послушно принимал подарок. Всё продолжалось до тех пор, пока однажды один знакомый в путешествии не поведал ему о языке растений.

Сайно внимательно наблюдал за ним. Пушистый хвост словно гипнотизировал, заставляя смотреть и смотреть.

Милый момент между Сайно и Тигнари во время грозы.

Нилу кладёт руки на бёдра. Генерал Махаматра действительно таинственный человек, но она знает, что означает этот мягкий взгляд. Она видела его тысячи раз раньше. Это взгляд влюблённого человека.

– Висит клубника, нельзя скушать. Что это? – спрашивает Сайно. Куст радостно шелестит огромными-преогромными цветами, словно понимает, о чем речь. – Клубники там, к слову, нет. – Конечно нет, – соглашается Тигнари, поглаживая зеленый лист с лиловыми прожилками. – Чтобы клубника зацвела как можно скорее и начала созревать, ей нужен стимул. – Клубника, которой нужен стимул, – качает головой Сайно. – Но трахаться-то около нее зачем?

Когда Тигнари уходил из Академии, он уходил со скандалом.

Тигнари допоздна засиживается в библиотеке Академии, работая над научным проектом, а Сайно не устраивает то, как наплевательски он относится к собственному здоровью. Перепробовав все методы, которыми можно было отвлечь ботаника от писанины, генералу Махаматра приходит в голову странная идея...

Секрет хорошего эфирного масла в правильном подборе компонентов.

Сайно очень часто вздыхает. Тигнари не понимает почему.

- Нет, мы больше не встречаемся, - спокойно отвечает Тигнари и выходит на тропинку, ведущую в Гандхарву.