"Кто мы?.."— вопрошали они. — Вы? Вы клоны, созданные мной. — отвечал им голос. "Клоны.. Разве не люди?" — Нет, больше нет. Теперь вы клоны, что должны прислуживать своему владельцу. "Что? Но мы не хотим! Мы хотим быть свободными! Мы хотим-" — У вас больше нет права решать это, как и больше нет прошлого. А теперь, вам пора в свой мир. — это были последние слова странного голоса, перед тем, как всё оказалось во мраке.

В каждой шутке есть лишь доля шутки. Слишком уж животрепещущей оказалась истрия с кирпичом

Юре не хватает искренности, а Никите неидеальности, поэтому Никита выбирает Юру с тёплой улыбкой, а Юра выбирает Никиту, которому так не улыбаются.

Куда же переехал Валера?¿ Андрей Windy/Валера Гостер

ты любишь его, ты любишь его, ты плачешь, ведь он с другим. я бы всё для тебя, но ты весь для него, не значишь, но любишь его.

Раздражающий архитектор днём и доставляющий удовольствие ночью. Так ли его долги, заставляющие Кавеха жить под одной крышей с секретарем Академии, досаждают Аль-хайтаму?

Хайтам выглядит очень хорошо сейчас: его лопатки прекрасно сходятся и расходятся почти на каждом движении, как крылья кристальной дендро-бабочки.

Он вернулся в ночи. Промокший от дождя и уставший. Нужен человек, который позаботится о нём.

— Где ты шлялся всё это время, а?! ...или сцена возвращения блудного Аль-Хайтама к своему соседу, который оказался запертым на несколько суток, ибо кое-кто забрал запасной ключ

— Что ты сказал? — Я сказал, что хочу, чтобы ты сел мне на лицо, Хайтам. Мне повторить ещё раз? — ..Ты просто отвратительный.

Иногда Аль-Хайтам не понимает, когда ему нужно остановиться. Прекратить работать и дать своему организму отдохнуть. Зато понимает Кавех.

Хайтам в очередной вечер забылся и уснул, понимая, что уже завтрашним утром это повторится, понимая, что теперь он буквально заточен в "дне сурка", но ничего изменить не может.

Аль-Хайтам почти растерялся, когда увидел, как Кавех скривил губы и сжал руки в кулаки. В его рубиновых глазах фейерверком разлетались искры ярости. Архитектор раньше не бывал таким. Да, они часто ссорились. Но сколько бы это ни случалось, аль-Хайтам не видел Кавеха настолько разозленным.

— Что происходит? О, я скажу тебе, что происходит. Кавех ревнует.

— Какой оригинальный способ сказать мне простое "доброе утро". — Прости, не могу удержаться, дай я поцелую тебя ещё.

— Убери свои чёртовы чертежи! — Аль-Хайтам кинул ему в лицо одну из работ. — Истеричка.

Монотонная тишина приятно ложилась на слух.Кажется...Кавеха снова нет дома.

Восьмой оттенок кажется. Кармин. Дорогая помада красуется на мягких губах, вкус которых архитектор перекатывает по поверхности сознания как сладкий аромат июля и сигарет. Это перехватывает дух. Чтобы такой серьёзный и собранный человек позволял себе такие вольности?

— Ты же не думал, что я не заметил, как тебе нравится, когда я ругаю тебя?

Итто мог уйти в любой момент. Мог закричать и тогда стражники, прибежав на шум, увидели все то, что с ним делает Аято. Но он молчал, стоя на коленях перед Господином, словно каменное изваяние, и не смел даже шевельнуться.