Кадзуха всегда плохо понимал человеческие чувства. С любовью у него вообще была напряженка. Пока не появился Скар. Пока в груди не начало плавиться воском, пока собственные перебинтованные руки не стали просто отвратительным напоминанием, пока холодный ветер с крыши не остался только в его памяти. И тогда явно стало ясней.

Кабукимоно натыкается на увлекательную книгу в библиотеке, зовущуюся "Что такое секс и с чем его едят", и спешит показать её двум другим версиям себя - Скарамучче и Страннику. Не то что бы они сильно одобряли его действия, но разве можно устоять перед его жалобным взглядом?

В академии ходила поговорка «Аль-Хайтам никогда не ошибается, а если ошибается, то у тебя просто ещё не хватило знаний понять его замысел», но, разумеется, это была ложь, хоть и льстящая самолюбию. Конечно, Аль-Хайтам ошибался. К примеру, когда трахнул Сайно в семнадцать лет.

По поручению Малой Властительницы, аль-Хайтаму приходится провести все свои выходные в библиотеке в поисках весьма сомнительной информации. Благо, Нахида не оставляет дорогого учёного одного с этой проблемой и отправляет ему в попутчики генерала, с которым у секретаря сложились немного неоднозначные отношения во многих планах...

- Не играй с огнём, раз уж решился на моё предложение. - Аль-Хайтам усаживается на стул, пододвигаясь максимально близко к столу и находящемуся под ним. - Разве ты не хочешь добавить остринки в наши отношения?

— Убери из меня эту штуку. Мне больно, Горо. — Она сморщилась, снова царапая его спину и крепче сжимая бока коленями. — Я не могу. — Это почему ещё? — Теперь её взгляд стал требовательным. Генерал был бы рад подчиниться, если бы мог, что и хотел озвучить, но в глазах мелькнуло понимание, — Я же столько раз говорила тебе, насколько важно себя контролировать.

Никогда не делите свое счастье с близкими людьми. Быть может, они украдут его навсегда?

Сяо не в состоянии коснуться ногами пола, сидя на высоком стуле. Мне он в самый раз, а ему неудобно. В первый раз я едва не упрекнул себя за эту мысль, но глупо отрицать, что это выглядит очаровательно. Каждый раз, когда он приходит ко мне, он залезает на этот стул. Именно залезает. Он ждёт, когда я отвернусь и переключу с него своё внимание, только после этого в лёгком прыжке опускается на мягкое.

У Сяо мир с ног на голову переворачивается, когда губы — подумать только, настолько желанные! — мастера касаются уголка его собственных, сейчас приоткрытых в удивлении.

Сяо хотел быть похожим на Моракса. Но в какой-то момент перестал понимать свои желания.

Сяо просто нужно принять происходящее.

В один солнечный день угрюмый Адепт Сяо сидел на кресле в ритуальном бюро «Ваншен» и пил чай, бросая злобные взгляды. Он спустился в город, что делал редко, чтобы посетить единственное место, где было приятно находиться, и наткнулся здесь на бесячую рыжую морду. Чайльд беспардонно жевал кончик палочки для еды, и другой ковырялся в тарелке. На все это смотрел Чжун Ли, скучающе елозя по столу пальцем.

И всё же, Властелин Камня делал это специально или нет?

Как освободить того, кто по природе своей создан подчиняться? Как убедить довериться, закрыть глаза и упасть спиной назад? Как приручить дикое животное, никогда не знавшее ласки?

Он во что бы то ни стало будет осторожнее. Не ради себя, не по своему желанию, но ради господина. Он станцует на лезвии катаны и не поранится, если об этом только подумает его мастер. Но тот не подумает. Чжун Ли вот-вот войдёт в комнату со свежей мазью, проведёт привычные махинации, потому что Сяо позволяет ему и только ему трогать своё тело, и с улыбкой пригласит Яксу на праздник морских фонарей.

Однажды Моракс, случайно подловив адепта у своих вещей, решил поведать ему историю о том, почему же он подводит глаза красным.

Любой серьёзный разговор должен сопровождаться серьёзными действиями после. Любой разговор на чистоту не должен быть приукрашен.

Стоило лишь один раз увидеть Властелина Камня за работой, в аккуратных очках и приглушённом свете... Услышать его тихий, спокойный голос и заметить лёгкие тени под ресницами... И эта картинка намертво засела в голове Сяо на несколько месяцев. Ещё дольше скрывать интерес не удавалось.

Белёсая жидкость стекает по руке, и Сяо завороженно смотрит на нее. Моракс действительно прикоснулся к нему.

— У богов нет такой вещи. — сказал ему Сяо, когда Чайлд спросил о дне рождения Чжунли. — Мы всегда существовали, так или иначе. — Но он сказал мне, что это последний день календаря — возражает парень. — Вероятно он что-то хочет. Как он и ожидал все же это вызывает интерес и сотрудничество с Сяо.