Хуа Чэн уже был в состоянии полного спокойствия и знал: от него всё равно ничего не зависит, он здесь ничего не решает, не владеет ситуацией. И он наслаждался тем, что всё было в руках Се Ляня.

(ау, в которой Се Лянь - демон, а Хуа Чэн - бог) «Неужели ты действительно не боишься того, что я могу сделать с тобой?» Се Лянь стал одним из Четырех Великих Бедствий, поклявшись отомстить всем, кто причинил ему зло, в то время как Хуа Чэн вознесся, чтобы быть среди богов, которых так сильно презирал.

Се Лянь проявляет инициативу, и этим все сказано...

Такой Хуа Чэн принадлежит только ему

Хуа Чэн ведёт себя странно, и Се Лянь не может понять почему.

«Гэгэ, позволь мне стать твоим слугой». Может ли Се Лянь отказать своему самому преданному верующему?

В ПГБД были вампиры, но в каком-то запутанном виде, что было даже не очень интересно. К несчастью для Шан Цинхуа, он снова становится жертвой своего собственного дерьмового романа — хорошо, что его лидер секты почему-то так охотно помогает!

При самых благоприятных обстоятельствах Шан Цинхуа не пришлось бы проклинать все решения, которые принимает Ло Бинхэ, если бы каждый шаг Ло Бинхэ как почитаемого правителя царства демонов не отслеживался так тщательно, и не подражался всеми демонами. (фик о том, где Шан Цинхуа - самый завидный жених в мире демонов).

Система властвует над миром, и эта власть непреложна. Цинхуа сожалеет о написанном мире, с печалью смотрит на судьбы, которые сам и порушил, и особенно на своё главное дитя — Бинхэ. Он долго живёт по законам Системы, сотрясая воздух от бессилия, пока его случайные желания не начинают сбываться. И Цинхуа понимает: он может изменить этот мир так, чтобы больше никому не было больно.

Тоска стала бедствием утра и вечера, сияя, словно фонари Синих домов и алая потертая временем бусина. Медовые глаза под золотой маской в свете луны каждую ночь смотрят на далекую звезду, которая слышит даже шепот. Случайные дороги и тяжелые времена привели генерала Юнани, Се Ляня, в место, куда бы никогда не привела его душа. Бордель Призрачного города таит в себе много интересного, в особенности главный цветок и редкого неприкосновенного куртизанку-мужчину по имени Хуа Чэн.

Истерический смех застрял где-то в глубине глотки. Хун-Хун-эр? Прошу, скажите что это ошибка. Я ведь не могла стать одним из главных героев китайской BL-новеллы? Вот только тот был мужчиной, а я – девочка.