Феликс ненавидел шумную музыку, что постоянно играла у него за стенкой, а также ненавидел ненормального соседа-рокера, раздражавшего его с каждым днем сильнее. Хенджин же, наоборот, очень любил сладких мальчиков.

Хенджин ещё несколько минут безжалостно бил лёд, желая увидеть хоть одну трещину. Но единственная огромная трещина на данный момент была в его сердце, и она нанесла последний оглушающий удар, заставляя парня просто сдаться и плавно пойти ко дну. С каждой секундой он отдалялся и видел глаза Минхо, мерцающие ярче солнца. Он просто стоял и смотрел.

— Ну так... о чем ты мечтаешь? — Хм... – Ли задумался. — Хочу, чтобы меня полюбили. По-настоящему полюбили. А ты? – он повернул голову в сторону Джисона и почти столкнулся с его носом, смущая парня. — Пoлюбить, – прошептал Хан, глядя Минхо в глаза. — И, кажется, моя мечта уже исполнилась.

Все люди в жизни связаны нитями судьбы. Какие-то никогда не пересекутся, какие-то нити сплетаются в неразрывный узел, а какие-то — обрываются. Но есть и такие люди, кто способен починить порванную нить и завязать ее в прочнейший узел.

И все-таки не важно, где ты проведёшь Новый год. Феликс прав. Ведь главное — с кем. — Ну так что, целовать меня будешь? — Буду, — Джисон прижал Феликса к себе за талию. — И не только целовать. И любить тебя буду. Всегда. Веришь? — Верю, — просиял он. — А сейчас целуй.

— Ли Минхо, потрудись объяснить мне вот что. Это ты расклеил по всему колледжу листовки о том, что у меня самая лучшая задница, и пустил слух среди, мать твою, студентов, что хочешь грубо разложить меня на своём рабочем столе? — Джисон проговорил это без единой запинки, хотя был готов заикаться, а ещё больше он был готов увидеть растерянный вид Минхо и услышать его жалкие оправдания, но вместо этого он произнёс то, что выбило весь воздух из лёгких Джисона: — Да, и?

— Я не встречаюсь с мудаками, Господин Хван. — А я мудак? — Самый настоящий, — отвечает Сынмин, особо не задумываясь.

— Твоё сердце и правда такое горячее… — Достаточно, чтобы согреть нас обоих? — подшучивает Сынмин, однако тут же проглатывает смешок. Потому что Хёнджин не смеётся. Смотрит своими бездонными глазами, в которых звёзды пляшут, и думает о чём-то важном, простым людям непонятном. Потому что сердце Хёнджина вот-вот замёрзнет, и очень хочется, чтобы эти обжигающие любовью руки наконец растопили вековой лёд.

«Я очень люблю рисовать. Сказал бы даже, что это стало неотъемлемой частью моей жизни. Пусть и делал это неумело, но я учился. Я рисовал цветы. Красивые такие, полевые цветы. И думал, что рисую самые красивые из них, пока не увидел тебя на соседней улице. Ты не просто стал моим вдохновением, Феликс, ты стал моим самым лучшим рисунком. И мне не терпится запечатлеть тебя в своей жизни. Если ты, конечно, позволишь этому случиться. С любовью, Хван Хенджин».

AU, в котором Сынмин и Хёнджин играют роль главной пары в слэш-дораме. Сынмин очень стеснительный парень, из-за чего они не могут снять сцену с поцелуем который день, а Хёнджину это надоело, поэтому он берёт ситуацию в свои руки.

Хван Хёнджин - знаменитый автор 20-го века, который встретил свою смерть в 24 года, но оставил после себя бестселлеры. Ким Сынмин - обычный школьник, живущий в наше время, и просто обожающий литературу. Скучная жизнь этого школьника переворачивается вверх дном, когда он обнаруживает, что имеет возможность вернуться на 3 дня в прошлое на любой промежуток времени. И он не мог придумать ничего лучше, кроме как пойти и спасти своего любимого писателя от скорой смерти.

— Не забывай меня. Фраза, из-за которой Сынмин продолжает цепляться за обрывки воспоминаний, что снятся по ночам. И Сынмин уверен, что это не просто игры воображения, ведь он до сих пор ощущает жар от касаний на себе и тонет в бездне чужих глаз из этих видений.

В жизни обычного банковского служащего Ким Сынмина никогда не происходило ничего интересного, пока однажды на его телефон не поступил звонок с неизвестного номера. Вскоре парень понял, что абонент ошибся не только номером, но и временем.

Минхо снизошел с самих Небес на Землю, чтобы помочь Джисону обрести любовь. Но всякое свидание с другими с треском проваливалось. И если Минхо ломал голову: как за месяц найти ему парня, то Джисон изначально понимал, что уже никак. Потому что он, кажется, влюбился. Влюбился в посланника Купидона. — Ты будешь моим? — Я уже твой.

Хенджин не понимал, чем заслужил к себе такое отношения от Сынмина. Он то и дело раздражал своим поведением, словами и присутствием. И если бы Хенджин только знал, что скрывалось за всем этим, пересмотрел бы свои взгляды на этого парня заранее. — Вижу, ты любишь играть на моих нервах. — И на гитаре.

Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история.

— Первое правило нашего договора: все эти три месяца ты мой парень. А значит тебе нельзя ни с кем встречаться и спать на стороне. Второе правило: быть скромным. Не нужно за столом говорить, как ты любишь, когда тебе присовывают в задницу. Третье правило: не смотреть на моих братьев. И если Минхо первоначально думал, что эти правила выполнимы, то, оказавшись случайно прижатым чужим обнажённым телом среднего брата Чана, — Джисоном, — до него наконец дошло — это полный провал.

au, где Сынмин застревает во временной петле, постоянно повторяющей день, когда его бросил Чан. Он пробует все и вся, чтобы остановить этот кошмарный цикл и предотвратить уход Чана.

«Лично я могу подразделить всех окружающих омег на 4 категории» - подобные мысли вертятся в голове Сынмина, пока он записывает лекцию за профессором и старается не заснуть от его монотонного голоса.

Конечно, Сынмин знает, что не вписывается. В конце концов, он единственный бета в группе, поэтому понимает, почему не пользуется популярностью у альф и омег своей стаи. У него не самый привлекательный запах, ведь он бета. И возможно, он не такой талантливый, как остальные, не такой яркий и красивый. Сынмин, скорее… обычный. Простой, скучный, серьёзный. Одинокий.