Эндрю старается даже не всхлипывать. Он смотрит на свое запястье и молится, чтобы его соулмейт в будущем не был таким, как Спир. Он надеется, что Натаниэль сможет спасти его от Дрейка. Или история, где у каждого человека в детстве появляется имя их родственной души.

Нил находится в коме в течение девяти месяцев после встречи со своим отцом. Лисы теряют надежду, сея сомнения и в Эндрю. Безрадостный – единственное описание Эндрю, находящегося на грани того, чтобы снова уйти в апатию. Поэтому он спрашивает и надеется, что Нил услышит: «мне остаться, да или нет?»

– Пожалуйста, подбрось меня до ближайшего парка, я заплачу любые деньги. – Мне не нравится это слово, - хмуро ляпнул Миньярд, не подумав. Словно в замедленной съёмке рыжая голова повернулась в сторону собеседника. На смуглом лице промелькнула абсолютно вся палитра человеческих эмоций и по итогу остановилась на выражении глубокого отчаяния. – Пиздец, - парень уронил голову на приборную панель. Или - Нил убегал от своих проблем, а попал в машину своего бывшего.

Это был первый раз, когда на вопрос: «Где я тебя могу коснуться?» в тишине раздалось - «Везде».

Эндрю было двенадцать, когда его метка души на запястье изменилась впервые. AU: у людей с рождения на запястье написано имя родственной души.

Лисы узнают немного больше про жизнь Нила в бегах. Много об обретенной семье. Немного ангста. Это объединение двух разных запросов(Лисы узнают о жизни Нила в бегах, и Лисы реагируют на умения Нила с ножами). Что-то взято из хэдканона, где Нил говорит о пытках, который я написала на днях, немного хэдканона об Эллисон, который я написала некоторое время назад, и мой хедканон «Нил+Лисы часть 2». Но это в основном 50% чувств обретенной семьи и 50% ангст.

Нил никогда не хотел вспоминать дни, проведённые в Эверморе, но он и подумать не мог, какая правда скрывается за потерянным временем.

Нил - не ангел. Он вырос воином, он вырос бегуном, он вырос с ножами в руках. Изначально он был воспитан как Веснински. Лисы [и иногда Эндрю] склонны забывать об этом. Пока однажды им не напомнили об этом очень ужасным способом.

День, когда Нил просыпается в особенно плохом настроении, слышать как кто-то жестоко обращается с Эндрю, становится невыносимым до такой степени, что он находится на грани взрыва.

Нил никогда не показывал и не говорил никому (даже Эндрю), что в совершенстве может пользоваться огромным количеством оружия. Но он просто не мог не защитить свою семью, ведь в этот раз Эндрю не справлялся...

После смерти Натана Веснински дом и его темные тайны по наследству достались Нилу и Лисы с большим трудом уболтали Джостена наконец-то разобрать комнаты

Что-то изменилось. Вот уже неделю Эндрю не выходит с ним на контакт и пытается абсолютно полностью избегать Джостена, что, естественно, не остается незамеченным. - Да или нет? - Нет.

- Ты думаешь, что тебя недостаточно? – возмущенно повторил Нил. – Тебя? Ты думаешь, что мне тебя недостаточно, я правильно услышал? Джостен был зол. Эндрю нередко видел его в таком состоянии, но не сейчас. Не в этот момент. Не в такой злости, когда негатив вырывается из-за обиды. Миньярд прокрутил в голове все, что сказал, но так и не понял, что обидело Нила. - Эндрю, - стальным тоном позвал Джостен, крутя в пальцах новую сигарету, потому что та сломалась, - я правильно услышал тебя?

- Ты один поедешь? - Да. - И ничего им не скажешь? - Это мое дело, - отмахнулся Нил, - им вовсе не обязательно тащиться за мной. - Мы семья, - мягко сказал Ваймак. - Я знаю это и ценю это, просто… - рыжий развел руками, - я хочу сделать это один. Чтобы…чтобы не видеть их лиц. Хочу, чтобы это осталось со мной. Может, я потом им… - он затих.

Нил не рассказывает о своей матери и не хочет думать он том, что она сделала бы, будь она рядом. У него есть семья, экси и Эндрю; всего этого более, чем достаточно и в разы больше, чем он когда-либо мечтал. Его матери, точно так же, как и воспоминаниям о ней, здесь вовсе не место, однако она находит способ пробраться в его голову и с тяжестью обосноваться в груди. Именно поэтому Нил, наконец, начинает рассказывать, какой же была жизнь с его матерью.

...или?

Они редко ссорятся, но, когда они действительно ссорятся, это просто разрушительно.

Затем он увидел спортивную сумку. Это было чертово месиво: ремень сумки был почти оторван, но он все еще сиял неоном в темноте ночи и свете уличных фонарей. Нил бы никогда... Он опустился на колени рядом с вещью и обшарил ее в поисках каких-либо знаков, хоть какой-либо подсказки относительно того, куда Нил мог скрыться. Ничего, ничего, ничего. Пока его пальцы не нашли ключи. Пока они не нашли мобильный. /Взгляд Эндрю на события в Бингемтоне и на ходячую трагедию в лице Нила Джостена./

Как бы ни нравилось Нилу говорить, что Эндрю – это стена, которая поддерживает его, Эндрю знает, что это не вся правда. Эндрю может и быть стеной, но Нил – это надёжная опора, удерживающая его вместе, подпирающая его разрушающиеся части и медленно заполняющая трещины. И без Нила стена начала рушиться.

Натаниэль погиб от рук своего отца, когда ему было десять. У мальчика было два выбора: отправиться на небеса или вернуться ангелом, чтобы заботиться о другом ребенке, терпящем жестокое обращение со стороны приемного отца. После многих лет неудач с Эндрю, почти фатальный инцидент заставляет Натаниэля увидеть его мальчика.