Нечаев слишком дикий для того, чтобы быть ручной собачкой Сеченова. Петров не может поверить, что этот эгоцентричный ублюдок смог задушить в таком человеке, как Сергее, его неукротимый нрав, острый язык и гордость; даст команду - и Сергей тут же сделает кувырок и тапки принесет. ... Не верит и по той причине, что сейчас Сергей находится под Виктором на столе, стреляет автоматной очередью матами, пытается вырваться и клацает зубами каждый раз, когда Петров наклоняется слишком близко. Нет. Не пес

Нечаев просыпается в лодке. Это был его 27 раз.

Рывок,перекат,шевелящееся под ним тело. Нечаев делает все на автомате его разум за доли секунды не успевает осознать что произошло,пока тело уже сделало что нужно.Петров жив,второй раз он не подведет Дмитрия Сергеевича!Правда если чертов предатель продолжит его доводить,то не факт что он доживет до того момента,когда за ним прибудут те,кто доставит его в Челомей. - Давай,погавкай!Ты же не можешь ничего мне сказать,верно?Все равно ждать этих..уродов еще черт знает сколько,так развлеки меня,пес!

...в полшаге стоя от любви.

Самая несмешная на свете шутка про белую спину приобрела для них новый окрас.

— Нравится, что я делаю сейчас с тобою, Миша? — Голос учёного томный и загадочный, заставляющий охватить мурашки всё тело стоящего перед ним на коленях Штокхаузена. Тот лишь кивает, кажется, полностью потеряв связь с реальностью. Подобное поведение огорчает Сеченова, от чего тот крепче сжимает ладонь на шее. Перекрытый воздух заставляет Михаэля прислониться спиной к чужим бедрам и всё-таки прийти в себя. Он согласно мычит. — Скажи, тебе нравится?

— Прекратите! — рычит он. — Как Вы, товарищ Сеченов — уважаемый человек, можете без стыда говорить такие вещи? У меня и в мыслях не было о такой похабщине, тем более на рабочем месте. — Да неужели? — Дмитрий в открытую ехидничает. — Не забывай, что у меня везде есть свои глаза, Миш. И твой поисковик, я тоже с лёгкостью считываю. Кстати, прекрати искать логопеда, мне безумно нравится как ты картавишь. Особенно на слове «пробка», скажешь это ещё раз перед уходом?

— Ещё чуть чуть Михаэль..- подтянул мужчину к себе поближе утыкаясь лицом в солнечное сплетение и опять вдыхая запах тела Штокхаузен. Он был до одури приятный и знакомый. Хотелось прямо сейчас просто лечь в постель и отключиться , желательно чтоб немец был рядом. Такие отношения запрещены в СССР , но влюблённым и любящим людям на это всё равно.

— Сука из нас тут только вы, товарищ майор. — Повтори! — Вы сука, Сергей Алексеевич.

— Разве не этого ты хотел, Миша? Весь день выводил меня из себя, а ради чего? — Дима выдыхает в уста облокотившегося на кровать Штокхаузена и, наконец, целует его. Страстно, горячо, прикусывая то верхнюю, то нижнюю губу. Он желает углубить поцелуй, проскальзывает языком между губ немца и слышит скулёж, на что довольно ухмыляется. Теперь его очередь дразнить этого сорванца.

Ночью работать не всегда полезно, но попробовать стоит.

Раньше он хотел заставить заткнуться болтливого актёришку хоть на секунду. Сейчас проснулось аналогичное тёмное желание полное голода. Заставить его захлёбываться своими криками, так чтобы под конец голосовые связки сорвал, но не от боли, совсем нет.

Что было бы, испорти Сережа Виктору весь его грандиозный финал? Если бы занавес не опустился, если голова не слетела с плеч.

Расслабиться и пытаться получить удовольствие - самый бесполезный совет, который он когда-либо слышал. Пусть тот, кто это придумал, суёт себе этот совет также глубоко, как Петров ощущает чужое накопившееся напряжение.

История о пирогах Сергея, театрах Виктора и соулмейтах. Или как простой поход в театр с отцами может привести к предначертанному. Соулмейт ау, в котором на теле есть половина фразы, имеющая смысл лишь в паре со второй половиной + современный сеттинг

Над Москвой сгущались сумерки. Становилось прохладно, хотелось спать. Сережа ощущал, что прощается с чем-то старым, висевшим на груди, словно огромный тяжеленный камень, что день ото дня тянул его ко дну. Было немного грустно, но меланхолия разбавлялась теплым плечом, которым к нему прислонился Виктор, оказывая свою немую поддержку. Сережа прикрыл глаза, чувствуя, наконец, умиротворение.

Серёжа Нечаев принимает судьбоносное решение и совсем неудачно признается в любви.

"он читает стихотворения во сне. автор не установлен". а почему бы этому автору не быть Есениным.

Говорят, каждая звезда – чья-то душа. Сейчас небо черно.

Задание подходило к заключению, оставалось пройти лишь пару дверей, и уже совсем скоро Петров окажется в руках Нечаева. Причем буквально.