Отворив двери в главные покои, Хуа Чэн негромко позвал: – Рыба? Ответом ему были лишь тишина и звук плещущихся где-то неподалёку волн. Минуту молчания спустя с кровати впереди раздался приглушённый шорох. – Рыба, если ты хочешь спрятаться или притвориться мёртвым, чтобы не расплачиваться по счетам, у тебя ничего не получится. Бесшумно подойдя ближе, Хуа Чэн растерянно нахмурился. Из-за тёмного полупрозрачного балдахина над кроватью на него уставились два светящихся золотым глаза.

Никто никогда не узнает, что всегда холодного, спокойного и рассудительного Владыку Чёрных Вод трясло от отвращения к себе. Никто кроме единственного человека, заявившегося в неподходящее время.

Хэ Сюаню душевно плохо, и Хуа Чен пытается ему помочь

За каждый долг нужно платить, как и сейчас черноводу.

Сейчас никто из Непревзойденных уже не помнит точно, как они пришли к этому. Просто в один момент оказались рядом. Слишком близко. В одной комнате, а дальше - постели. Этого оказалось достаточно, чтобы немного позже повторить и завести дурную привычку - искать друг в друге утешение.

Алый глаз прищурен, как и всегда, сильнее обыденного. Всегда Кровавый дождь вламывается к нему без приглашения с этим выражением.

— Хей, карась, пойдем в столовку? — Хуа Чен подошел к парте своего друга и улыбнулся. «Карась» или «Рыбешка» были прозвищами Хэ Сюаня, по большей части из-за его молчаливости. Но много кто знал, что он не так прост, как мог показаться. Эта тихая личность была лишь оболочкой ненависти и желания мести которая копилась внутри.

коротко о том, как хэ сюань оплачивал свой долг в размере пятнадцати тысяч.

Хэ Сюань снова проиграл в карты, и на этот раз по прихоти Хуа Чэна ему предстоит прогуляться в женском образе по парку аттракционов. И оказаться вдвоем с Хуа Чэном на колесе обозрения.

Хэ Сюань, конечно, предполагал, что когда тебе сосут под столом во время совещания, ощущения должны быть немыслимыми, но в реальности все оказалось в разы хуже. Или лучше?

Черновод всегда хочет есть. Неистребимый голод, преследующий его со времён его жалкой жизни, не оставляет его ни на миг. Когда они целуются, то голод становится сильнее.

Хуа Чэн создавал очередную статую своего бога, а Хэ Сюань просто зашел на обед.

Хэ Сюань умел ждать. Это необходимое умение для его положения и свершения мести. Только было одно исключение. Это исключение сейчас прижимало его к кровати и требовало подчинения.

Впервые в жизни от Собирателя цветов под кровавым дождём ускользнула удача...или нет?

Необычный способ выплатить долг, необычные ощущения... Хэ Сюань бы с радостью променял всё это на пару мисок вкусной еды. Слишком ярко. Слишком маняще.

Хуа Чэн открывает правый глаз.

это близко. слишком. они не раз спали друг с другом, но так близки не были никогда. если бы у хэ сюаня могло биться сердце, оно бы разорвалось от нарастающей паники и непонимания ситуации.

— И всё же... Покажи-ка ещё раз женский облик. — Нет. Это было всего один раз, и повторять я не хочу. — Только ли один? Мне показалось, ты в нём очень уверенно себя чувствовал.

Хэ Сюань знает, что не должен к нему идти. Особенно за этим. Но кроме Хуа Чэна у него никого не осталось. Только ему он доверяет.

Хэ Сюань отдает долг натурой