Фэн Синь действительно говорил, что Му Цина пора спустить с небес на землю. Однако он точно не имел в виду что-то подобное.

Мужчины грубые и отвратительные. Фэн Синь даже не смотрит в их сторону, но Му Цин — совсем другое.

– Ты пьян, – наконец произносит Му Цин, стараясь так, чтобы его голос звучал ровно. – Тебе пора возвращаться, твои низшие чиновники, небось, обыскались тебя… – Не хочу возвращаться, – бормочет Фэн Синь. – Хочу остаться здесь. Му Цин снова замирает. – Ты пьян, – шипит он. Фэн Синь ломает голову над тем, что подарить Му Цину на день рождения, и каким-то образом оказывается пьяным у дворца Му Цина (не спрашивайте).

- Му Цин, мне невыносимо грустно.

– Если знаешь, что мне там лучше, так почему ты всё ещё в одежде? Если и пойду на хуй, то только на твой, мудила, — после этого Му Цин сразу отворачивается, ощущая румянец на щеках.

Се Лянь вместе с двумя небесными генералами отправился на поимку очередной зловредной нечисти. Одна знойная летняя ночь, и сокрытые ото всех тайные помыслы.

AU, в которой у соулмейтов появляются родинки на теле при соприкосновении. В этот раз ни Му Цин ни Фэн Синь не тупят, хд

Они встречаются по прошествии долгих лет.

Фэн Синь знает значение слова «нельзя». Фэн Синь знает наизусть правила и запреты. Фэн Синь тренируется ещё усерднее, когда слишком долго рассматривает родинку под лопаткой Му Цина.

Это уже было, как ритуал. Матери поют детям на ночь колыбельные. Фэн Синь осыпал Му Цина ругательствами и проклятьями, когда латал его раны. Что человеком, что богом.

У Фэн Синя чувства, а у Му Цина данный сотни лет назад обет. Но мешает не он. Мешают гордость и упрямство.

Среди небожителей тоже есть верующие в нечто свыше.

В глубине своей души Му Цин не хотел по-настоящему разочаровываться в Фэн Сине. Они всегда бранили друг друга и злились, но Му Цин знал, что он честный, правильный и умный человек. Он был одним из лучших богов войны, а такие звания просто так с неба не падают...

Пять раз, когда Фэн Синь признавался в любви Му Цину.

Уж лучше бы он молчал.

Фэн Синь бесится не понимая, как Му Цин может быть таким обжигающе горячим в моменты их близости, и таким колючим и холодным в любое другое время.

Хуа Чэн, что когда-то был спасён юным Се Лянем, восемь лет спустя заявляется на бал-маскарад в поместье Сяньлэ и приковывает к себе его взгляд.

Все началось с того, что на праздник Середины Осени дворец Сюаньчжэня не получил ни одного небесного фонарика. Да, именно — ноль.

Этот сон его часто мучает в последнее время. Воспоминания настойчиво просачивались в его голову по ночам: проклятые оковы, которые ограничивали его духовные силы, пронзающая боль и чувство беспомощности. Даже в бытность смертным Му Цин не ощущал себя настолько слабым, как в руках Цзюнь У.

Вы видели перчатки, которые носит Нань ФЭн в адаптации? Встал не только у автора.