Я долго сопротивлялся судьбе и не верил, что ты тот, о ком вещал провидец. Я ненавидел тебя и хотел убить самым жестоким способом, каким только был бы способен. Я наслаждался, когда ты страдал от боли в своих кошмарах, когда молил прекратить твои мучения. Но я осознал, что ты тот, без кого я не смогу существовать. Ты не просто моя клетка, ты мой источник жизни.

Неудивительно, что Сукуна это первым заметил, тяжело не заметить собственные привычки, которые перенялись другому.(или же AU, в котором, Юдзи, сам того не замечая перенимает привычки Двуликого)

Сукуну считали проклятым ребенком, которого отнесли в храм к Божеству – Юджи, дабы тот его покарал. Но Бог решил воспитать этого ребёнка, из-за чего все его храмы сожгли, а он сам был убит. После чего Рёмен обозлился на всех шаманов и простых людей. Он погубил тысячи душ, став Королём проклятий. Спустя время шаманы смогли запечатать его в двадцати пальцах. Прошло много лет и мальчишка из старшей школы по имени Итадори Юджи съел один из пальцев...

Сукуна скормил свой палец Мегуми, во время действия договора. Но он не подозревал, что соскучится по этому мелкому пацану.

Юджи сам того не зная владел врожденной проклятой техникой, но она никак не проявлялась, так как его "мать" запечатала всю проклятую энергию что находилась в Юджи еще в младенчестве. И вот она пробудилась из-за постоянного воздействия в нем посторонней проклятой энергии в лице Сукуны. Но все пошло наперекосяк ведь резкий всплеск одной силы вперемешку с другой дает не самые лучшие последствия... а может это и к лучшему...

❤ Юджи и Сукуна пересеклись раньше событий канона. Гораздо раньше. — Как ты проник в мои владения? Сукуна, сильно раздраженный ситуацией, решил пропустить ненужный обмен представлениями и сразу же потребовал объяснений возмутительному нарушению.  Мальчишка напрягся от вопроса: размышляя над ответом, он опустил глаза в пол и сжал ткань кимоно еще сильнее. Сукуне стало интересно, осмелится ли юнец соврать ему или все же скажет правду.

Славный малыш Итадори как печка, о него хочется погреть душу всем.

Сосуд... внутренне сосуд выше всяких похвал — сильный, невероятно выносливый и крепкий, хоть в каком-то смысле и бестолковый. Сукуна даже хвалит себя за то, что поможет своему новому телу взрасти в несколько раз, подогнуть весь этот прогнивший наглухо мир под себя, потонуть в непроглядной резне, а потом... — Чего ты так обмер? — сквозь вату слышит демон. — Никогда женскую грудь не видел, что ли? Чем вы там у себя в пекле вообще занимаетесь?

А что, если однажды Гождо-сенсей станет... ребёнком?

Бессонница сводит с ума.

Кофе с перцем в их кофейне не делали. До этого дня.

Шальной взгляд скользит по губам семпая, подмечая мелкие ранки, которые он неосознанно делал в приступах беспокойства за активных кохаев. Юджи Итадори был тем, кого не могли остановить ни правила, ни физические стороны вопроса, когда он считал что-то важным, пусть это и вызывало нервы у всех других.

Знакомство с ужасным повелителем проклятий определенно задалось не так, когда на крыше школы появился неопознанный объект, и завопил "Господин!" полетевши на Двуликого с ярко выраженным намерением закутать блудного хозяина в теплое кимоно

Среди них именно он был взрослым, у которого в обязанностях был пункт на защиту подрастающего поколения. У него не было безумной силы Годжо, или власти старейшин, которые вечно грызлись между собой устраивая словесные бои без правил. У него было совсем немного зрелости, и большое чувство ответственности, которое говорило, что детям не место в этом гиперболизированной преисподни, построенной на костях.

Как раз, к слову, про учителя и про то, как он морщился при виде того, как розовый ежик волос колыхался, когда странный паренек перебежками следовал то к одному, то к другому окну выглядывая кого-то. Найдя искомое тот завопил пожарной машиной и брякнув напоследок что-то по типу «я вернусь через две минуты, мне нужно проверить все так же сильно сердце того старого хрена с гитарой как тридцать лет назад или нет» испарился, выпрыгнув с окна четвертого этажа.

Розовый молоточек с хелоу китти для отбивания мяса в руках Юджи выглядит грознее чем следовало бы как только вспоминалось что он может с такой же легкостью как сейчас превращает предварительно нарезанное мясо в хорошо отбитые кусочки так и запустить этой же самой рукой какой нибудь близстоящий грузовик размазав тебя тонким слоем по асфальту.

Умереть за любовь не сложно. Сложно найти любовь, за которую стоит умереть. Или же просто сборник драбблов и мини зарисовок по этим двоим.

Однажды Юджи нашел странный куб и получил в подарок друга.

Дверь с грохотом открывается когда в комнату влетает ошалевшая Нобара. Она с дикой истерикой, напоминающей вой умирающего бобра, валится на диванные подушки уходя под них с головой, и только ее рука с вчерашним маникюром судорожно тычет на улицу призывая всех глянуть что же случилось.

Цена эгоизма и вседозволенности высока, и Сатору приходится расплачиваться за ошибку молодости, отмаливать грехи.