Когда Арчи перестает общаться с Джагхедом, Бетти преданно принимает сторону человека, в которого была влюблена с детства.

-Память вернётся, Элизабет. -мужчина уселся на подлокотник кресла. -Если в чём-то и стоит быть уверенным, так это в том, что воспоминания всегда возвращаются. Чаще всего не спросив, хотим ли мы этого. -Правда? -Поверь мне. -обнадёживающе проговорил Джонс-старший.

Бетти знает, что бы ни случилось с их отношениями, она всегда будет думать о нём хорошо. Джагхед думает, что с их отношениями ничего не случится.

Бетти влюблена в Джагхеда с пятого класса. Джагхед влюблен в Бетти с их первой встречи. Бетти краснеет, когда Джонс делает ей комплименты. Парень улыбается, видя румянец на ее щеках.

В глубине души у него что-то кольнуло, Джагхед хоть и казался ко всему равнодушным парнем, но одна девушка запала ему в сердце, при виде расстроенной Купер он напрягся, но вид не подал, а просто отвернулся, услышав приближающиеся шаги. Блондинка плюхнулась на диван рядом с ним, она еще сидела пару минут молча, пока парень не посмотрел на нее кратким взглядом, оценивая ее вид: волосы были немного растрепаны, от макияжа почти ничего не осталось, а на лице девушки была легкая улыбка.

Свой первый раз она всегда представляла совершенно иначе: мягкие простыни, ароматические свечи, лепестки роз, и какой-нибудь славный парень, на подобии Арчи. И уж никогда не могла подумать, что ее первым парнем станет Саутсайдовский Змей, а вместо романтической обстановки ее будут окружать разрисованные стены туалета кафе Pops!

Черт ее побрал связаться со Змеем, сдаться в его власть, влюбиться, как последней дуре. Черт ее побрал прийти на ту вечеринку у Шерил, где совершенно неожиданно оказались южане. Черт ее побрал согласиться на «Семь минут Рая», когда сам дьявол указал бутылкой прямо на него.

— Привет, Джульетта. — привычно слетает с моих уст, когда я вновь забираюсь к тебе через окно, рискуя встретить твою мать с дробовиком в руках. Она каждый раз обещает, что не оставит от «бандита в шапке» и мокрого места. А я каждый раз нарушаю ее запреты, вновь приставляя лестницу к твоему окну.

Иногда мир рушится. К чертям летят все правила, принципы и устои. Гаснет вера в будущее, теряются последние капли самообладания. Так случилось и с Бэтти Купер. Она сломалась.

Когда не знающий поражений Эндрюс разбивает фарфоровую Бетти, совершенно того не замечая, переступает и идет дальше — Джонс по кусочкам собирает дрожащими пальцами с пыльного асфальта то, что от нее осталось, пытаясь склеить робкими прикосновениями.

Оглядываясь на десять лет назад, можно смело утверждать, что никто не мог представить то, каким спокойным может быть этот город, в котором наконец не было места для вражды Севера и Юга. И Джагхед Джонс, будучи импульсивным подростком, никогда бы не подумал, что в будущем сможет стать примерным семьянином и многодетным отцом.

Моя мама говорит, что я — слишком хорошая девочка, чтобы встречаться с таким, как ты. Маме не нравится твой мрачный вид, твой сарказм и черный юмор. А мне плевать. Ведь я обожаю в тебе каждую деталь. Ты — мой самый строгий запрет. А я обожаю их нарушать.

— Когда человека обнимают, вся боль обязательно проходит. — так наивно слетела фраза с ее языка, а голубые глазки светились неподдельной верой в данный факт. Джаг еще больше скривился, пытаясь оттолкнуть ее от себя, но та упорно продолжала сжимать его в своих объятиях. Глупо. Как же глупо с ее стороны было верить в то, что какие-то (совсем не)приятные объятия могут помочь разбитым коленям.

И, возможно, это всего лишь глупые шутки его нерадивой судьбы; возможно, проделки того самого, подлого Мефистофеля — но в этот вечер обычно-угрюмый Джонс целовал ту-самую-бесящую Купер. И несомненно при этом улыбался.

Любо́вь — чувство, свойственное человеку, глубокая привязанность и устремлённость к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии. Любовь рассматривается также как философская категория, в виде субъектного отношения, интимного избирательного чувства, направленного на предмет любви. Ох, Джонс, и попал же ты...

— Джагги... Одно слово его имени, сорвавшееся с уст девушки, доставляет немыслимое удовольствие, заставляя в сотый раз целовать сладкие губы, лаская податливое тело. — Повтори ещё... Просит, прижимаясь всем телом к той, что сейчас улыбается, наконец-таки добравшись до своего парня, вновь встретившись с ним. И Джагхед уже успел проклясть Арчи, эту грёбанную ферму, которые разлучили его с Элизабет. Но теперь Джонс знает точно: никогда и никуда он больше не уедет без своей второй половинки.

— По-моему мы слишком сильно погрязли в наших расследованиях, — Джагхед прислонился губами в виску девушки, обнимая её за плечи. — Не против отвлечься? — Бетти приподнимается на кровати, мягко улыбаясь и переплетая их пальцы. — Иди ко мне.

Джонс знал, что поступал, как минимум, неправильно, когда зажимал очередную шлюху в коридоре школы, целуя ту прямо на глазах его бывшей девушки. Знал, что поступал отвратительно, когда громко матерился и говорил, что всё забыл, смотря прямо в глаза той, которая украла его сердце.

Расслабиться, понять, что всё позади. Что, спустя столько тяжёлых испытаний, они всё ещё вместе. Согревать своим теплом, дарить радость и счастье, любить и быть рядом. Бетти знала, что некрасиво забыть про друзей, сидящих напротив, и отдаться во власть чарующим эмоциям. Джагхед знал, что ему похер на удивлённые лица Лодж и Эндрюса.

Среди хаоса Ривердэйла, козней Хирама Лоджа, проблем «Змей», время от времени Бетти и Джагхед сбегают, погружаясь в свой маленький мир, где есть только он, она и их ещё не родившийся малыш. Внутри Элизабет растёт малькое счастье — их с Джагхедом принцесса.