Если бы они могли, то остались бы здесь навсегда. В этих покоях, где никто не посмеет их потревожить, где существовал лишь их собственный, закрытый ото всех мир.

Вэй Ин действительно умирает на горе Луань Цзан.

И растворяются красные одежды

Что если Хуа Чэн так и не вернулся

После окончания основного сюжета Шэнь Юань, накопив достаточно баллов, вернулся в свой родной мир, как всегда планировал. Но лишь потом он понял, что совершил самую большую ошибку в своей жизни.

— Признайтесь, учитель,— жарко шептал его мучитель, склонившись к нему и даря очередной поцелуй. Он слизывал с его губ кровь, смешанную со своей собственной, размазывал ее по подбородку. У Шень Цинцю кружилась голова,— вам нравится чувствовать мой член в себе. «Нет! Нет! Нет!» /// **Постканон. Бингэ берет Шень Цинцю в Царстве Снов. Много берет**

Чу Ваньнин выживает на льду Тяньчи. Однако, использование Цзюгэ, без ядра не прошло бесследно. Чу Ваньнин полностью сломлен и не реагирует ни на что.

Цинхуа больше не видит мир. Мобэй видит только Цинхуа.

Лань Ван Цзи точно знает, что Вэй Ин не проснется. А раз никто не увидит, то можно дать себе немного воли.

Джордж начал поиск ответа. Не на то, каким образом он и Дрим смогли установить связь сквозь время, а на то, как восстановить ее.

Молодой, одинокий Джордж Дэвидсон обнаружил, что может использовать старый телефон для общения с парнем, который живет в 1970 году.

Долгое время Аль-Хайтам и Кавех были лишь соседями, но после одной ночи у них появились особые привилегии. Но если один думал о взаимности, другой же...

Она похоронила прошлую себя. Ее теперь больше нет. Осталось лишь тело с физическими напоминаниями, что еще жива. А сдохнуть хочется настолько, хоть на стену лезь. Она похоронила прошлую себя. И осталась пустой в чужом мире.

Участь проигравшего народа всегда незавидна. Королевство эльфов пало в войне с войском людей. Мой дом разрушен, а я в плену, сломан и обесчещен. На меня смотрят как на вещь те, кто некогда был равен. Но впереди есть надежда. Свобода так близко.

Военный лётчик потерпел крушение посреди пустыни, но ему пришла на помощь фигура в изумрудных одеждах. "Я то отключался, то приходил в сознание, будто мигающая лампочка на приборе, и был уверен, что доживаю последние свои минуты, которые были мучительно долгими, но их всё же не хватало на то, чтобы собраться и начать прощаться с немногочисленными друзьями и близкими..."

Ничего не вернуть и это нужно принять.

Есть то что не выносится за рамки масок. Есть то, что стоит скрывать. Но есть есть время, которое нам дано и его всегда очень мало. Даже если мы не задумываемся над этим, но оно медленно утекает и в итоге приходится искать способ его вернуть хотя бы во снах.

Его ладони пустеют стремительно, и Мандос не находит больше опоры, бессильно опускается на колени, не обращая внимания на гладкое древко посоха под пальцами, потому что боится чужого, нового мира, боится пойти вперед, в никуда — и сгинуть там навечно, потеряв из виду брата и сестру, исчезнув безликой тенью. Вала вытягивает дрожащую руку вперед, слепо нашаривая что-то в воздухе, но хватает только пустоту. Все ушли. В празднике рождения мира все забыли о вала Намо, оказавшемся не таким, как другие

Как найти убийцу в отравленном городе? Как спастись, когда вокруг одни предатели? Кроули смотрит на Азирафеля и видит в нем новый смысл жизни. Азирафель видит в Кроули лишь разрушение и смерть.

Это было четвёртое июля - их особенный день.