Попав под дождь после работы, Рен не может думать ни о чём другом, кроме как поскорее вернуться домой, где его с трепетом ждут.

— Как ее звали? Девушку, разбившую тебе сердце.

–Ну, как видишь, с девушками мне не везёт. Мансон в ответ лишь тихо хмыкает, изображая подобие грустной улыбки. сам же про себя думает: «к счастью».

Эдди Мансон отрицает тот факт, что Стив может быть влюблен в него.

Мансон подскакивает на кровати и давится собственным криком. Стив и Уэйн стараются его успокоить после кошмара.

Во время ежегодной рождественской вечеринки ученики Хогвартса получают праздничный сюрприз в виде своих будущих детей, случайно перенесенных в 1996 год.

Глаза его возбуждено бегают по лицу парня, стараясь понять его эмоции. — Да. Почему бы и нет? — Стив хмыкает и откладывает ручку на стол, — ты же знаешь что я ничего не понимаю в этой-твоей-игре, но ты так долго про этого говорил, что я обязан увидеть чем закончиться твой труд.

Альбус все лето изнывал от того, что не мог увидеться со Скорпиусом, потому что Малфои уехали к родственникам во Францию на всё лето. Писем не хватало, а поговорить по каминной связи не вышло, ибо у тётушек Гипериона камина просто напросто не было.

Опасаясь реакции Драко Малфоя на их отношения, Альбус и Скорпиус хотят сначала признаться в своих чувствах родителям Поттера — Гарри и Джинни, но что-то идёт не по плану.

Языковой барьер существовал для них только в первые недели знакомства.

Сказка о двух рыцарях, которые были осуждены Королевой за то, что любили друг друга.

Эш усаживался рядом и обязательно о чём-нибудь разговаривал.

Эш порой ловит себя на мысли, что ему стоит почаще открывать англо-русский словарик.

Ночные мысли не дают не только заснуть, но и расслабиться и успокоиться.

— Что со мной не так!? — пронзительный голос Зима сразу же потряс дом, пока он продолжал кричать и шипеть в приступе ярости и крайнего отвращения. Недавно он слёг с болью в горле, но симптомы лишь только начинают ухудшаться.

Зим позволил знакомому трепету в груди всплыть на поверхность снова. Обычно он задвигал его подальше, прятал как можно глубже и позволял себе думать о нем, только когда был наедине с собой. Тогда он мог бы придумать для себя какое-то оправдание, сочинить какую-нибудь историю.

50 однострочников об отношениях между Зимом и Дибом.

"Я пришелец, Диб. Ты ведь не думал, что иркенское понятие о романтике будет точно таким, как жалкое человеческое представление об ухаживаниях, не так ли?" История о том, как Зим вненавидился в Диба, не понимая, почему не стоит бросаться со страстными поцелуями на своего заклятого врага.

Я одержим, и наслаждаюсь каждой секундой этого. Потому что Зим не просто вызов, он — все.

Зим был ир­кен­ским зах­ват­чи­ком, эли­той, черт возь­ми, но все рав­но ему ка­за­лось не­ве­ро­ят­но слож­ным встре­тить­ся с гла­за­ми юно­ши. Шар­кая но­га­ми по бе­то­ну, он син­хрон­но то рас­кры­вал, то зак­ры­вал рот. По­че­му это бы­ло так слож­но? Гор­дость, чтоб ее… Выж­дав нес­коль­ко се­кунд, Диб вздох­нул и рас­сла­бил пле­чи. Он мно­гоз­на­чи­тель­но взгля­нул на Зи­ма и скрес­тил ру­ки на гру­ди. — Зна­чит ли это, что ты со­жа­ле­ешь?