Аластор умел производить на людей хорошее впечатление. Он был обаятелен, умен, любил хорошие компании и чужие эмоции. Удивительная аура, которую он выстроил вокруг себя, опыт общения, приобретаемый годами, искусное умение красиво говорить – он кружил им головы как ему хотелось. После смерти мало что поменялось. А потом он встретил Люцифера.

Люцифер отчетливо ощущает запах крови, исходящий от стен отеля. И с этим никто, черт возьми, не может ему помочь.

Ангельское оружие — бомба замедленного действия, отсчитывающая твои последние часы. И что произойдёт, случись так, что какой-нибудь демон выдержит такой удар?

Пять раз когда Люцифер упал и один раз когда его поймали.

— Почему я должен согласиться? — Любое желание.

Рано или поздно, последствия наших действий настигнут нас. Обычно, это всегда происходит в тот момент, когда ждёшь удара меньше всего. Аластор никогда не забывал о заключённой сделке, по условиям которой отдал свою душу. И когда в отель приходит Лилит, он понимает, что это его шанс получить долгожданную свободу. Пришло время напомнить Люциферу о данном обещании. Заключительная часть трилогии.

Сон у Аластора всегда крепкий и безмятежный, на зависть многим в этом адском местечке. Во-первых, едва ли найдётся идиот, который рискнёт полезть на одного из сильнейших демонов Преисподней, даже когда тот как бы расслаблен и как бы беззащитен. Во-вторых его сон охраняют. Всегда.

— Одиночество сводит с ума, не повторяй моих ошибок, Аластор.

Люцифер истерзан морально. Его свергли из Рая, разрушили все его надежды и мечты. Развод с Лилит стал последней его каплей. Он остался совершенно один наедине со своими мыслями и переживаниями, которые не оставляли его даже во сне. Не было сил даже предпринять хоть что-то, чтобы улучшить ситуацию. Зачем пытаться, когда тебя уже сломали? Всё бы и дальше заставляло падать его в пучину отчаяния, если бы ни одна душа, которая сумела вновь зажечь в нём лучик надежды.

Пока Люцифер и Аластор постепенно привыкают друг к другу, Чарли, будучи не в курсе их нового статуса, после непростого разговора с отцом решает, что тот желает завести отношения. Зная его нерешительность в этом вопросе, она берёт на себя эту проблему. Радио демон, желая немного позабавиться, соглашается помочь ей в этом непростом деле. Но в итоге правда всё равно всплывёт наружу. Впрочем, как и вопрос: А так ли необходимо было её скрывать? Вторая часть трилогии.

Гениальные планы не совершаются по щелчку пальцев, это известно всем. В данный момент безупречный план Аластора трещал по швам. Битва с Адамом произошла не так, как было задумано. Теперь пришлось разбираться с последствиями. И пока все готовятся к грандиозному открытию отеля, он пытается понять причины своих последних действий, а главное, почему взгляд Люцифера сочится отвратительным сочувствием. Первая часть трилогии.

Люцифер нашел его в разрушенной почти до основания Радио-башне. Израненного, бессознательного, почти мертвого. Вспомнил слова Чарли о втором шансе, искуплении и неожиданно даже для самого себя решил помочь.

У Чарли и Аластора конфликт мировоззрений, Энджел пытается понять, что делать со своей грёбаной жизнью, а Хаск молча строит окоп. В конце всё будет хорошо?

Люцифер никогда не считал себя наблюдательным. Не-а. Вообще. Но в последние дни он всё больше обращал внимание на подрагивающую улыбку Аластора. ИЛИ: Люцифер замечает раненного Адамом Аластора и стремится помочь;

После битвы с Адамом всем в отеле Хазбин было тяжело. Но почти у всех есть, к кому обратиться за взаимной поддержкой и утешением. У всех, кроме Люцифера и Аластора. Так почему бы... не пойти на уступку?

Чарли достало то, как из раза в раз Аластор и её отец ругаются и конфликтуют. Она изобретательно придумала что-то, что по идее должно было их сблизить, хоть в это не верил никто, кроме неё. Как можно сблизить и подружить таких, как эти двое? Но кто бы мог подумать, к каким результатам приведёт их просмотр старого глупого фильма вкупе с персональным наказанием для Владыки Ада и радио-демона.

Нянька это не работа, это состояние души!

"Его рука... она дрожит?" Эту дрожь в руке почти невозможно было уловить, но она была, а заглянув в глаза, можно было прочитать, что ему больно

Аластор всегда прогоняет Люцифера под ночь, чтобы не быть слишком открытым.

Он готов услышать его рёв, его оскорбления и насмешки, но только не это жалостливое, слишком человеческое переживание, от которого отмыться нельзя. Боже, да хоть упрёки и принижения, лишь бы не эту боль в чужом голосе.