Когда один из самых влиятельных людей империи, к тому же доминантный альфа, герцог Пемброк, неожиданно предлагает разорившемуся в пух и прах Николасу, омеге из низшего сословия дворянства, заключить брачный контракт в уплату его долгов, тот соглашается практически не раздумывая. Правда, как это всегда и бывает, есть нюанс. Даже несколько.

Керем Хаддам ненавидит Кохранов. Сейран Кохран ненавидит Хаддамов. Вместе им предстоит разрушить свадьбу влюбленных друг в друга младших братьев, а заодно разобраться в собственных очень запутанных отношениях.

Мне тридцать два, а ему вполовину меньше. Я за рулём, а ему приспичило грохнуться на пассажирское и начать знакомиться ни с того ни с сего. И хер знает, что в нём должно быть такого, чтобы я согласился.

Если бы Китти понял тогда, в клубе, что вешается на бычью шею своего идейного врага, который омег ни во что не ставит, все равно поехал бы с ним в отель? А если бы Китти сказали, что одна горячая ночка полностью изменит его жизнь, он все равно бы не устоял перед феромонами альфы? Еще несколько недель назад Китти не задумываясь бы ответил «нет»… но не сейчас.

В детстве собаку мечтал завести, но родители не разрешали. Теперь вырос и для дрессировки завёл тебя. Можешь кусаться и лаять.

От незнакомцев к возлюбленным, от возлюбленных опять к незнакомцам. Юный омега Оливер, пережив трагедию, сбежал из Палм-Спрингс и скрывался целых двенадцать лет лишь для того, чтобы вновь встретиться в зале суда с альфой, которого так и не смог забыть. Теперь они больше не школьные голубки, а конкурирующие друг с другом юристы, и этот громкий бракоразводный процесс светской пары станет решающим делом не только в карьере, но и в жизни обоих.

Когда перевернётся мир, мы выпрыгнем с тобой. И полетим, не вниз, а вверх – на небо, как домой. lumen

Ну, и дебилы тоже. Раш, Кай и прочие мимокрокодилы. Сборник.

Хотите внести разнообразие в свою жизнь? Начните писать фанфики про мужика с работы так детализировано, чтобы кто-то в интернете смог его вычислить и сообщил вам об этом. Или как нарваться на неприятности без регистрации и смс.

Поправляю шарф и, пригладив волосы, небрежно сообщаю как само собой разумеющееся: — Я встречаюсь с дочкой проректора. Подумав, заученным жестом опускает подборок, показывая, что принял к сведению, и спустя ещё перекрёсток и минуту изрекает: — Интересно. Теряюсь даже и не могу придумать с ходу, что там может быть интересного. Как мы познакомились? Какая она? Сколько вместе?.. — Что? — осторожничаю, и видит бог, что не зря. — Как ты уговорил её на страпон.

Как в фильме, только не как в фильме. Я сейчас в одной квартире с двумя своими бывшими, один из которых мой нынешний, и вроде как Новый год. Все улыбаются друг другу, и никто не убит. Хотя у Влада в руках вилка. Я бы запретил ему вилки.

— У тебя с психикой всё в порядке? — И кто у меня об этом спрашивает? — не остаюсь в долгу, и следующее предложение само спрыгивает с языка: — Пидор с цветной резинкой на голове?

– Так, и что это? Мне мозги трахаешь, а сам общаешься со своей бывшей? – киваю на его валяющийся на столе мобильник, который высвечивает входящий вызов. Да ещё и не абы от кого. Девушку на аватарке попробуй не узнай. Саша же в ответ не догоняет. Он даже не понимает, что сам бы закатил очередные обижания, если бы оказался на моём месте. – Мы просто нормально расстались. – Жмёт плечами и тут же наклоняется ко мне снова.

Если жизнь даёт тебе лимоны, делай из них лимонад, верно? А если она подпихивает тебе одного самоуверенного красавчика за другим, то тогда что? Я едва пережил одного Жнецова, куда деться от второго?

у нас с ним. Неприязнь с первого взгляда.

— То есть, блять, диван ты выкинул, жратву ты не заказал... — А ещё забыл, что ты, заинька, очень хотел ёлочку и костюм с ушками. Можно ты меня выпорешь за это?

— А я и есть нормальный. Это ты ненормальный! Надо же, как завёлся-то, а. Так завёлся, что того и гляди дёрнется слишком резко и порвёт свои узкие джинсы. А уж если по шву треснут, то совсем неловко выйдет. Докажи потом всему честному народу, что это не я проковырял. — Неотёсанный, неаккуратный дровосек, которому и светят только такие же дровосеки!

Всё отболело и умерло давно. Всё отболело и новым перекрыло. Новыми отношениями, эмоциями, ощущениями. Первый – это только один из. Первый – это не на всю жизнь.

— У меня горло болит — ты помнишь, нет? — Угу… — Сосредоточенно подползает ближе, и я послушно опускаюсь на подушку, что абсолютно дебильно лежит. Неудобно. Скоро начнёт ныть шея. — Но язык же у тебя не болит?

— Кухня, Влад! Мы на кухне! — напоминаю снова, и он глубокомысленно кивает, а справившись со шнурками и покачнувшись на пятках, и вовсе опускается вниз.