— Ты считаешь себя правильным и послушным, Феликс, но разве правильные и послушные сидят по ночам на чьих-то членах? © Хван Хёнджин.

— Я вижу, как ты на меня смотришь, – шепчет Хван, поглаживая парня по коленке, плавно поднимаясь вверх, — но хочу предупредить: мне нравятся девушки.

Хенджин получил травму руки, а Феликс помогал ему одеваться… и раздеваться…

Если честно, Хёнджин сам не заметил, когда желания обнять, прижать к себе, просто коснуться (и это при его нелюбви к скиншипу!) переросли во что-то больше, а взгляд, прикованный к улыбке Ли, оставался на его губах надолго после. Хван с трудом улавливал в своем сознании тот момент, когда тепло тела Ли стало затапливать всё нутро, пробираясь в самую душу. А мысль о необходимости скрывать свои чувства стала самой навязчивой...

Хёнджину было скучно, и он решил отправить свои нюдсы боту из службы поддержки, но из-за того, что бот ничем не смог ему помочь, в чат был добавлен специалист службы поддержки.

Поездка с друзьями и с человеком в которого ты давно влюблён — настоящее испытание, а для Феликса температура в поезде оказалась и вовсе выше, чем ожидалось.

Феликс был уверен, что чувства к лучшему другу давно в прошлом. Но теперь Новый год, возвращение Хёнджина из другого города, и Ликс, у которого в момент самоудовлетворения с губ срываются два слова: "Хёнджин" и "Блять!"

— Не утонешь! Я научу тебя плавать.

Феликс чувствует, как к его заднице что-то прижалось. Точнее, кто-то. Стоп, такого на репетициях точно не было. Чёртов Хёнджин всегда был дальше и совершенно точно не упирался членом в Феликсовы ягодицы.

— Хм, а ты случайно не вип-клиент на дорогой парковке? — спрашивает что-то странное Хёнджин, закусывает нижнюю губу и глядит оценивающе, пока Ликс смотрит на него вопросительно. — Нет? Тогда почему при виде тебя мой шлагбаум автоматически поднимается? AU о лучших друзьях, один из которых — гетеро, а второй — гей, что обожает заигрывать и подшучивать над первым.

Когда они шли по коридору и Хёнджин приобнимал парня за шею, кладя голову Феликса себе на плечо, окружающие могли бы предположить, что эти двое встречались, но все это было лишь по-дружески.

— Знаешь, — начинает он, — как-то мы с Минни смотрели один фильм, где… друг главного героя расстался со своей половинкой, а сам главный герой его, кхм, скажем так, утешал, — произнеся это, Хёнджин уставляется на тут же замершего блондина. Ли с трудом сглатывает вставший в горле ком и переводит свой взгляд на длинноволосого в ответ. — И как же он его утешал? — прокашливаясь, спрашивает так, словно в самом деле не понимает. — Очень… страстно.

На часах два часа ночи, за окном сыпет хлопьями снег, и Феликс, дрожа от холода, всё ещё сонный, вызывает такси, попутно натягивая на себя джинсы. В такую погоду только греться глинтвейном, закутавшись в плед, и сидеть у камина, вслушиваясь в треск поленья, но ему неймётся. Хёнджин позвонил — значит, нужно ехать. Чёрт бы его подрал. В. Два. Чёртовых. Часа. Ночи.

Первый раз Феликс получил этот странный конверт в сентябре, на свой день рождения.

— Притворись моей девушкой, Ли, – в доме стало тихо. Хван нервно стучал пальцами по дивану, а австралиец приоткрыл рот. Или, как Хван пытался обмануть всех в школе, но обманул себя.

Хенджин жил самой обычной жизнью «АйТи»-работника в Чикаго, пока одна ночь не изменила все. Он и сам не понимает, как у него появился собственный кот-вампир, который преследует его по пятам, да и Хван без него, кажется, уже не сможет. — Какого черта вообще? Что ты делаешь в моем доме? – недовольно цокает брюнет. — Ты привязал меня к себе, Хван Хенджин, так что теперь, хочешь ты этого или нет, но я всегда буду с тобой, – улыбается Феликс и мурлычет. — Покормишь меня?

Уён перепроверил адрес несколько раз, мысленно делая заметку найти на этом чёртовом острове талисман на удачу, которой в последнее время ему катастрофически не хватало. Вместо гостиницы, где он должен был остановиться, стоял чей-то дом в окружении ужасающего количества мандариновых деревьев.