Два раза, когда Борис видел Валерия обнаженным, и один раз, когда не видел.

— Всё ещё плохо. — Что? — Галстук.

Пропущенная сцена из третьей серии. Легасов, Щербина и сигарета.

Когда Валерий ступает на землю Чернобыля, по ночам его начинают мучить кошмары. Он делает всё, чтобы это осталось в тайне, но тщетно: Борис всё замечает. И предлагает помочь.

Валерий Легасов находит кошку. Ему позволяют оставить ее на какое-то время. Кошка проживает месяц.

Заявка: «Мне бы очень хотелось прочесть что-то милое и тёплое по ним, например, как Борис и Валерий в первый раз взялись за руки, или признались друг другу в чувствах, записав их на бумаге в гостиничном номере, потому что знают, что их прослушивают. ПОЖАЛУйста».

Он чувствует, как они умирают – оба. Ему кажется это, вопреки всему, приятным. И даже правильным. Или, вернее сказать, просто чуть менее неправильным, чем всё остальное.

Они редко разговаривают когда настолько плотно прижаты друг к другу: все невысказанные слова они выражают языком прикосновений, взглядов, легких поцелуев и единовременного дыхания, потому что этого должно быть достаточно. Так и есть.

Валерий в одном из коридоров Кремля, окруженный белыми неоклассическим колоннами, сидит на кушетке, а слева от него «Иван Грозный убивает своего сына». В руке у него доклад зампредседателя Щербины. Валерий не понимает, как здесь оказался. Смутное любопытство по поводу доклада чиновника сидит где-то в глубине его сознания, как и сковывающая горло паника перед встречей с членами Совета Министров и Горбачевым. Но… его горло должно быть перетянуто веревкой. Он повесился несколько секунд назад.

Возможно, ему стоило тогда промолчать.

Валерий Легасов и Борис Щербина были сделаны из песка и бора.

Борису приходится читать много новой технической литературы.

В 1987 году Валерий Легасов предпринял попытку самоубийства. Тогда его спасли, а произошедшую историю не стали предавать огласке.