Всего через несколько часов Сяо станет полностью его, его маленьким валентином до конца их дней.

— Это просто пиздец, пресвятая Царица, зачем ты вообще отправила меня в Ли Юэ? — Переводя взгляд в потолок, Чайлд старался вернуть слёзы обратно в глаза. Это было невыносимо. Он ёрзал, пытаясь ослабить веревки или потереться о член хоть чем-нибудь, но смена положения быстро вернула мысли в реальность. Сяо снова навис над ним, стараясь держать руки прямыми и застонал, когда Моракс толкнулся в него по самые яйца.

Аль-Хайтам долго не хотел признаться самому себе в том, что ему нравится Кавех. Однако, долго мусоля эту мысль и связанные с ней чувства, секретарь решил, что Кави должен быть его.

Наверное, знакомить мужчину на втором-дробь-третьем по счёту свидании со своей работой было бы хорошей идеей, если бы Тарталья не работал в местном стрип-клубе, танцуя на пилоне. Волнует ли его общественное мнение по этому поводу? Ничуть. Волнует ли его господин Чжунли, жадно съедающий взглядом? О, да, ещё как.

Чайльд раздвигает ноги не ради денег. Он лишь хочет забыться. Желает получить хоть каплю физического удовольствия. Раз за разом, в тщетной попытке, пытается заглушить воспоминания о том единственном, что заставлял его стонать как сучку. А может и просто повинуется глупой надежде, что они когда-нибудь встретятся вновь, если он продолжит работать в борделе.

Чжун Ли хмыкает, скользя пальцами по обнажённой спине, вдоль хребта, и Тарталье кажется, он сейчас ему всё нахрен сломает. Тарталья благоговейно дрожит от этой мысли.

Чжун Ли - уважаемый профессор и лучший историк одного из ведущих университетов Ли Юэ. Он всегда пунктуален, вежлив и до безобразия обаятелен. Образ безукоризненного преподавателя не способно разрушить ничто. Кроме маленького секрета, прочно запертого за закрытой дверью его резиденции. Этот "секрет" имеет рыжие волосы, веснушки на бледном теле и с придыханием зовёт профессора Чжун Ли папочкой.

После очередного обеда с Кави компания решает поспорить, когда они с Аль-Хайтамом наконец сойдутся. «Три месяца. Десять тысяч моры», – делает свою ставку Сайно. «Всего три? Восемь, – ухмыляется Дэхья, – та же сумма». «Два года и десять монет моры?..» – подаёт голос Коллеи. «Тоже десять тысяч, а вот срок... – Тигнари нанизывает очередной гриб на вилку. – Примерно никогда».

Аль-Хайтам ненавидит прикосновения, а Кави ненавидит невозможность коснуться любимого человека. Замкнутый круг.

Когда ему было семь лет, мать продала борделю за дозу наркотиков. Владелица обещала не трогать парня до восемнадцати лет, но жадность всегда пересиливает обещание, и в один день, она продала его одному мужчине.

Постоялый двор в эту ночь был абсолютно пуст. Ну почти. Путешественнику не удалось заставить нелюдимого адепта пойти с ним и милой феечкой на праздник, который ждали наверное все жители Лиюэ. Но Сяо нет дела до подобного. Он живёт на этом свете уже не одну тысячу лет и праздники людей по прежнему не интересуют его.....

Сяо просто нужно принять происходящее.

И всё же, Властелин Камня делал это специально или нет?

Как освободить того, кто по природе своей создан подчиняться? Как убедить довериться, закрыть глаза и упасть спиной назад? Как приручить дикое животное, никогда не знавшее ласки?

Любой серьёзный разговор должен сопровождаться серьёзными действиями после. Любой разговор на чистоту не должен быть приукрашен.

Стоило лишь один раз увидеть Властелина Камня за работой, в аккуратных очках и приглушённом свете... Услышать его тихий, спокойный голос и заметить лёгкие тени под ресницами... И эта картинка намертво засела в голове Сяо на несколько месяцев. Ещё дольше скрывать интерес не удавалось.

честно, даже адепту тяжело выдержать столь пристальный взгляд своего архонта.

«Ах», - подумал Сяо, когда его собственное тело накрыло чужое. Тяжесть и форма этого тела были ему незнакомы, но то, как его прижали к стене, отрезая пути к отступлению, - «Все Боги одинаковы». Когда он привлекает к себе неожиданный, личный интерес своего Бога, Сяо думает, что понимает, что от него требуется. В конце концов, это далеко не что-то, что ему не приходилось терпеть раньше.

Жить с альфой, не имеющим пары, — та еще задачка. Временами Кавех справляется. Временами все идет кувырком//AU лев!Кавех и тигр!аль-Хайтам

Потому что, черт возьми, Чайлд никому не расскажет, что хочет переспать с другом своей крестной, который был достаточно взрослым, чтобы годиться ему в отцы. …и это все вообще ни хрена не объясняет, его осознание того, что с него стянули штаны, его пальцы впиваются в лацканы вне сомнений дорогого костюма, а его дырка раскрыта членом вышеупомянутого мужчины на заднем сидении его же Мерседеса.