Феликс сидел на полу своей ванной комнаты и вертел в руках зажигалку, яркую и пластмассовую. Такие продавали в магазине за углом. Там же продавали Marlboro Red. Крепкие сигареты, которые Ли никогда не любил, но которые упрямо продолжал покупать. Он делал это потому, что они напоминали ему о Хёнджине. О парне из его тусовки стритрейсеров, который курил Marlboro Red, гонял на Bentley, доставшемся ему от отца, и никогда не имел дела с парнями. Вернее имел, но не такое, как хотелось самому Феликсу.

Феликс был уверен, что чувства к лучшему другу давно в прошлом. Но теперь Новый год, возвращение Хёнджина из другого города, и Ликс, у которого в момент самоудовлетворения с губ срываются два слова: "Хёнджин" и "Блять!"

— Будь ты проклят, Ли Минхо! — с ненавистью выплёвывает Джисон, обнимая живот, который ранее безжалостно пинали. Он пытается подняться, но падает обратно на землю. — Ты жалок,— тихо проговаривает Ли, но младший всё слышит. Он поднимается с места и перед уходом бросает своё коронное и уже для Хана привычное: — Сраный педик.

— Так и в чём же мне тогда повезло? — смущённо посмеиваясь, уточняет Хёнджин. — Да в том, что ты не потратил своё время на пустышку, неспособную оценить тебя и твои старания по достоинству, — хмыкает веснушчатый так, словно сказанное является очевиднейшим фактом. — Но план был отличный, жаль, конечно, что вечер пропадёт.

Когда-то давно мечты о дебюте в полном составе пошли прахом, и двое участников так и не стали частью команды. Возможно, это была судьба. Возможно, так было правильно. Но все же за годы Джисон так и не смог избавиться от странной, сковывающей сердце тоски по тем давним временам, по тем оставленным позади людям. И особенно, по одному конкретному человеку.

В солнечный воскресный полдень Хёнджин выбирается в ближайший парк. У него остался месяц до просмотра в художественном, а подходящей работы всё ещё нет. Он уже обошёл с десяток мест, но не достиг нужного результата. Может, то самое необходимое было совсем рядом? В двух перекрёстках от дома?

чонину девять, когда они с чаном вместе ходят на речку, смотрят на звезды и собирают голубику. чонину двадцать, когда он возвращается в деревню впервые за десять лет и совершенно не ожидает снова встретить забытого друга детства.

когда пьяный минхо соглашается прокатиться с незнакомым парнем после отвратительного подката в стиле "эй, залезай, подброшу", он ожидает покоцанную ладу шестерку, но никак не профессиональный спорткар и горячего стритрейсера за рулем.

В мире, где первая буква фамилии соулмэйта появляется на руке в шестнадцать, Феликс и Джисон готовятся к свадьбе. Хан сжимает руку Феликса три раза. Я. Люблю. Тебя. Минхо и Хенджин грустно улыбаются, смотря на свои отметки: - Мне кажется, что нам лучше остаться друзьями.

Хёнджин попросил прикурить, Феликс попросил его номер. Так просто, так банально. Хёнджин был невероятно красив со своими нежно-розовыми волосами, яркими родинками под глазом и на щеке, ужасно пухлыми губами. Он нагло украл сердце Феликса посреди оживлённой столичной улицы своей мягкой улыбкой и шепелявостью.

Минхо живёт своей размеренной жизнью: работа, дом, работа. Казалось, что так и будет продолжаться ещё долгие годы, ведь на личную жизнь он уже давно плюнул и не надеялся на чудо. Вот только чудо не ищет подходящего момента и заявляется к нему на смену, аккурат за пять минут до закрытия, оставляя за собой не только следы на полу, но и что-то тёплое внутри Минхо.

Хван Хенджин поступил в университет, мечтая стать художником. Но он и не думал, что сможет так безрассудно влюбиться в парня, с которым едва знаком. Такое впечатление, что Феликса здесь знают все. Он популярен без приписки романтичности. Хенджина зовут на свидания, Феликса – куда угодно. К Хенджину боятся подсаживаться на парах, Феликса обнимают едва знакомые люди. Они как солнце и луна, что лишь сильнее убеждает Хенджина в том, что его первая влюбленность не взаимна.

— … это просто секс без чувств. я наслаждаюсь процессом, а ты - процессом и чувством залечивающегося сердца, - говорит чонин. или au, в котором они оба хотят лишь чуточки любви.

любуясь вихрем кудрявых волос, большим, но аккуратным носом с россыпью потемневших веснушек и загоревшей кожей, чонин искренне недоумевает, как можно не хотеть защищать, оберегать и просто любить его. или au, в котором они оба получают столько любви, сколько действительно заслуживают.

Они расстались много месяцев назад, у Чонина уже новые отношения, любящий человек рядом, уютный дом, в который хочется возвращаться. Однако после сообщения "Давай встретимся?" сердце Чонина начинает биться быстрее. Иногда, чтобы осознать ценность чего-то, нам нужно опуститься на самое дно.

— Не обольщайся, я просто проверяю, могу ли убить тебя взглядом, — заулыбался Хёнджин, представляя себе, как воспламеняется вражеский образ, полыхает ярко и красиво. — А я подожду, пока ты сам своей же желчью захлебнёшься, — прекрасный настрой Феликса так и таял, ускользал сквозь пальцы, и всё из-за одного единственного урода. Ну нахера их вместе поселили? Очевидно ведь было, что ничем хорошим это не закончится.

И Минхо для Джисона – это вот это, дурацкие черно-белые фотографии, запах асфальта после дождя и горького кофе, чувство – белых стен, минимализма и грязных из-за кофе чашек. Ощущение, момент – утреннего лондонского тумана, тубуса с украденным Климтом, и томиком Верлена в карманах кофейного шерстяного пальто. Комнаты в самой мансарде, заляпанными чернилами газет и утреннего ледяного дождя. Дешевых кассет на тумбочке рядом с краденным ранним Ван Гогом, непроявленных пленок...

И Джисон, ну, счастлив. Потому что в вашей жизни был ли хоть один человек, который бы согласился делать миллион предложений ради красивого видосика в инсту?

Серое. Серое, серое, серое, все вокруг чертовски, чертовски, блять, серое. Серое, как дождливое, неделю дождливое небо над Нью-Йорком, как дым, пепел от сигарет, оседающий на побитой брусчатке, серое, как его – Хенджина – костюм, не отутюженный (ни черта). Серое. Все вокруг серое. Хенджин, блять, ненавидит – серый цвет. И ему просто нужно – немного солнца.

Нас выводили на пленэр. Наверное, надо было выпить побольше воды и забраться на дерево, чтобы устроить какой-никакой дождь преподам, чтобы они всё это нахер отменили. Но если бы я так сделал, то не увидел бы... красивого парня в панамке, вокруг которого бегала утка на... шлейке?.. Я впервые увидел у кого-то домашнюю(???) утку. И она впечатлила меня не меньше своего хозяина, хотя у него была просто уебанская камуфляжная панамка и жилетка под неё.