кажется, что еще чуть-чуть, и джиян зардеет от злобы на себя, начнет рычать как волк.

в этом гиблом мире ты заменяешь мне свет.

Вздохнув с облегчением после окончания войны, Генерал Цзиянь с присущей ему твердостью и ответственностью продолжил нести свое бремя и выполнять долг. Только теперь не совсем в одиночку.

— я же говорил вам, генерал… — Цзиянь тушуется, прикрывая веки и чуть кланяясь, когда встречает на улице подле лазарета Гэшулина. — вам лучше воздержаться от лишних телодвижений. и от курения тоже.

Мортефи казалось, что весь мир для него словно пожар. Одна неверная эмоция и его тут же заносит в пламени ярости. Конечно, со временем он научился контролировать свои приступы, но никто и не догадывался насколько тяжело ему это даётся, кроме одного генерала, который давно наблюдает за ним со стороны...

Если однажды я погибну в бою и не смогу вернуться домой... не мог бы ты посадить для меня один из этих цветов?

Дождь шел уже третий день подряд. Вода стекала с крыш и струилась по улицам, превращая их в ручьи. Цзиянь метался во сне, его лоб покрылся холодным потом, руки сжимали простыни, почти разрывая. Знакомый гул битвы звучал вокруг, и вдруг перед ним возникла фигура - бледный силуэт бывшего генерала. Мгновение — и он оказывается у него за спиной, хватая за горло.

Цзиянь начинающий заклинатель. Ему всю жизнь не нравилось, что жителям деревни раз в десять лет приходилось отдавать одну невинную девушку обезумевшему заклинателю из леса, который давно держал деревню в страхе. И вот, когда пришел день снова отправлять деву в лес, чтобы так принести её в жертву, он нацепил на себя пышные одеяния, распустил волосы и пошел вместо несчастной, собираясь попытаться разобраться с темными заклинателем. Кто ж знал что он выживет после этого, так ещё и попадет в плен?

Собрать для него все ирисы мира — такой пустяк.

К его возвращению Цзиянь не готов... по крайней мере, он так думал.

единственное чего Цзиян боялся это то, что его будут сравнивать с бывшим генералом Гэшулинем. он старался доказать всем, да и самому себе, что он не такой. но каждый раз, каждый день сталкивался с воспоминаниями прошлого. но был ли этому конец? и были ли это лишь воспоминания? или он настолько погряз в этом всем..

Проклятый дождь, проклятая память.

Я не заметил, как с прибытием на эту землю очень сблизился с генералом Цзиянем, и он, видимо, тоже был удивлен от себя, раз теперь зовёт меня каждую ночь к себе… и доверяет увидеть себя в таком обличии…

Цзиянь искренне восхищался генералом. Тот был его кумиром. Кто же знал, что однажды он исчезнет и от него останется только запах тяжелых сигарет да зелёный чай, который они иногда распивали?

Гэшулиню уже не впервой приходится после сражений лежать на постеле, пока его раны обрабатывают. Но в этот раз, лечение подарило ему намного больше эмоций, чем обычно.

Он упрям, силен и достаточно вынослив. Он делает другие выводы и ценит совсем иное. Его путь будет отличаться, вероятно, очень сильно. А это значит…

— Генерал.. — прошипел Цзиянь, пытаясь отдышаться от утреннего кошмара. Он нередко видел Гэшу Линя во снах, но сегодняшний чем-то отличался от предыдущих. Какой-то слишком реальный, что-ли. — Как будто дежавю.. Может, у нас с ним когда-то была такая битва? Не помню.. — окончательно потеряв надежду на воспоминания, он неспеша поднялся с кровати. — Сегодня слишком много дел, чтобы я отдавал так много времени размышлениям о нём. Он мёртв, все это знают. Вот бы ещё сниться перестал..

Он не любит никого. Разве что кроме той фигуры, которая стоит на другой стороне моста.