Едва шериф Стилински узнал, что его сын в качестве пары выбрал хмурого бородатого альфу, то создал для них ряд правил и требовал неукоснительного их исполнения.

Очередной рутинный день Стайлза Стилински — диспетчера в управлении по контролю «Стаи». Стая — элитный военный отряд, символ нерушимого союза людей и волков. А Стайлз — всего лишь маленькая шестеренка в огромном, исправно работающем механизме. Но они нужны друг другу. Потому что запечатленные не могут без диспетчеров. А диспетчера — без своих подопечных.

Офицер Фред Митчелл застал сына своего шерифа в крайне странной компании – двух мрачных типов мексиканской наружности с ружьями за спиной и огромного волка.

Въезжая в Бейкон Хиллз, Стайлз ожидал увидеть небольшую стайку бледных волчат со слезами на глазах и с открыткой «Мама, мы тебя любим» в руках, однако ничего такого не было. Не было даже взбешенного Дерека, желающего трахнуть его, а потом свернуть шею, или наоборот.

Проснувшись утром, Скотт обнаруживает в своей постели лису, и каково же его удивление, когда он понимает, что это его лучший друг.

– Когда Дереку было пять, я рассказала ему, что мы можем питаться собачьей едой. Следующей ночью мама застала его за поеданием сухого корма для собак. Стайлз хрюкнул в кулак, стараясь сдержать смех. Дерек, в этот момент евший сырные шарики, притащенные Айзеком, посмотрел на него как на идиота. В общем, своим обычным взглядом. Стайлз, после избиения Арджентом в подвале, обретает способность видеть призраков.

Вместо слов Дерек опускается на колени и утыкается лбом в его живот. Что он может ответить? В голове ни единой собранной мысли, кроме того, что альфу в этот момент наполняет бесконечное чувство восторга.

Лиам пытается помирить родителей. И у него это получается.

В свой первый день в колледже Стайлз услышал много странных вещей о Дереке Хейле, даже не дойдя до общежития. Он предупрежден о смертоубийственных бровях и о скверном характере, поэтому искренне надеется, что встретит Дерека примерно никогда. Ну, пока не сталкивается с ним на занятиях. \ Энциклопедия волчьих штучек: "Щенки-мальчики ухаживают за девочками и позволяют им побеждать, чтобы потом узнать их лучше".

AU, в котором Стайлз теряет способность передвигаться самостоятельно, а Дерек — самый красивый и популярный парень в школе. И Стайлз, к сожалению, считает так же. В конце концов он всё же был омегой. И ему тоже можно было смотреть на альф. Даже иногда мечтать. Нечасто. Когда никто не видит.

— Однажды, — бормочет Скотт с полным ртом. — Однажды я получу от тебя этот рецепт. — Не-а, пока не женишься на ком-то из семьи, — отвечает Стайлз, слизывая пудру с нижней губы. — Это секретный, нет, сверхсекретный рецепт Стилински.

Стайлз и Дерек притворяются, что встречаются, чтобы посмотреть, как долго это будет доходить до Скотта, и по ходу дела строят настоящие отношения.

В стае нет детей... пока. Стайлз просто оказался в детском магазине. И он просто берет и отстегивает кровные десять баксов за то, что по его мнению никогда бы ему не пригодилось — детский свитшот, на котором изображены дурацкие волчьи морды. И он даже знает, кому сделает этот «говорящий» подарок.

- Как ты меня назвал? - шокировано протянула Стайлз, округляя глаза, пока Питер уже катался по полу от смеха, а его племянник застыл, стремительно краснея.

Стае нужен её эмиссар, а эмиссар нуждается в своей стае. И в своём альфе.

Дерек дарит Стайлзу украшение.

Есть кое-что гораздо более важное, чем сила Дерека в его руках. Это — его доверие, хрупкое настолько же, насколько сильно его тело, также принадлежащее Стайлзу.

Что случится, если объединить хитрого, жестокого друида и дикого, одинокого альфу?

Дерек проигрывает пари Эрике, и теперь он должен пойти в Старбакс и заказать «один кофе, такой же чёрный, как его душа» с самым серьёзным видом. Три минуты спустя бариста с таким же серьёзным видом ставит перед ним гигантский латте с двойными взбитыми сливками и маршмеллоу. (Конечно же, этот бариста — Стайлз, а вы чего ожидали?)

...Но стоит Дереку обнаружить письмо, и он мрачнеет. На бумажном конверте ни марок, ни обратного адреса – абсолютная сияющая пустота белого листа. Внутри – какой-то огрызок тетрадной страницы. Всего три слова. «Бросай эту стерву». Он бы счёл это насмешкой, дурацкой шуткой, розыгрышем, чем угодно. Но ровные округлые буквы, летящий почерк – всё это знакомо до боли. Дерек знает: так пишет Кора. Писала.