— Сяньлэ, ты простишь меня?

Гора Тунлу создает разных монстров: великан, что задает три вопроса, Истинный Божок-пустослов и многие другие... Но когда гора вновь принимает на свою территорию демонов, она создает очень странную аномалию, разъединяя две личности одного человека. И как же не повезло, что у этого события был самый нежелательный свидетель.

ㅤㅤㅤㅤㅤБудь то благие деяния или же скверные — за все идет расплата; но то, какая расплата, уже зависит от воли судьбы, а ее, увы, предугадать очень сложно. Но одно известно точно: если ты творишь зло, то злом тебе все и окупится.

Долой одиночество. Осеннюю ночь лучше провести вместе. Так намного будет уютнее и теплее, не так ли?

Заброшенный храм распахивает свои двери, приняв последнюю скорбную молитву.

Се Лянь отбегает к раскрытой шкатулке, наполненной самыми разными драгоценностями. Он ищет украшение для волос Владыки, какое-то такое... особенное. Чтобы запомнилось надолго, чтобы хватило до конца жизни ему воспоминаний о том, как одним днем он украшал и без того божественный образ Владыки трех миров подобранной для него его Сяньлэ заколкой. Или история о прическах и разговорах о теплом счастье.

Император небес имеет вкусы, положенные королевской особе. Цзюнь У придирчив и крайне однозначен в своём выборе абсолютно всего.

-Сердце? Переспрашивает Цзюнь У, уставившись на свою руку. - Разве у меня есть сердце?

Маленький принц имеет большой секрет, но никому не скажет об этом. Новому другу не понравится.

Саньлэ — его маленькая копия, что способна доказать всем на что способны боги и на что не способны.

Когда-то Цзюнь У любил Праздник Фонарей — и весь мир. Возможно, когда-нибудь у него получится полюбить снова.

Цзюнь У скоро стукнет полторы тысячи прожитых лет, он может читать людей, как наипростейшие книжки, но этому же неповторимому Владыке Небес никак не получается осознать, что не удовольствие он сам получает от властвования и нравоучений, а убивается конкретно по исключительному в своем представлении наследному принцу.

Драбблы по ЦзюньЛяням и БайЛяням в одну страничку, написанные под впечатлением автора от каких-то событий.

Он тогда даже улыбался, нет, смеялся во весь голос, над своим потешным упорством и уверенностью, кажется, именно в тот момент наследный принц Уюна начал сходить с ума.

Нормальные люди вовсю спешили домой к семьям, чтобы скорее усесться за стол и поесть достаточно простых, но горячих и сытных блюд в окружении близких. Ненормальный же Се Лянь спешил возвратиться к Цзюнь У в их холодную лачугу.

— Больно, — хныкал маленький Се Лянь, утыкаясь в колени своего опекуна и сжимая его одежду. — Конечно, будет больно, Сяньлэ. Всегда будет больно. И тебе придётся привыкнуть у этой боли. Она всегда будет с тобой. Цзюнь У продолжал методично вытаскивать из белоснежных, но теперь кроваво-розовых крыльев ножи, дротики, заточенные палки и осколки.

Цзюнь У уступает своей светлой стороне, потому что без Сяньлэ не видит своего настоящего. Своего будущего.