– Ненавижу! – прошептал я прямо в губы, разворачиваясь к мужчине лицом. – Оттрахаю, как последнюю шлюху! – отчетливо проговорил альфа, глядя мне прямо в глаза.

Обычный медосмотр в школе. Все проходит так, как и должно быть. Точнее, все было бы именно так, если бы доктор-альфа не признал в одном совсем юном омежке свою пару.

Брак по договоренности... Как это мерзко. Особенно, когда собственный муж презирает и ненавидит, да еще и таскает в дом своих же любовников. А мне только и остается, что тихо плакать в подушку. Но... посмотрим, кто из нас будет плакать последним.

— Все альфы – мрази! — восклицает Эль, как его малоприятный сосед в ту же секунду произносит: — Все омеги – шлюхи! — Чего-о?!

Омега по пьяни переспал с незнакомым альфой. Через 9 месяцев родился малыш, а его отец так и не был найден. Омега с поддержкой родителей сам воспитывает сына. И через два года все замечают, что малыш очень похож на босса омеги.

Раз в год при кровавой луне, зверю приносят в "жертву" девственного текущего омегу, который вошёл в брачный возраст. Для чего всё это, никто уже толком и не знал, слишком давно всё началось. По прихоти судьбы, Эйм, ещё не вступивший в брачный возраст, должен был стать одной из "жертв". Но так ли страшен зверь, как о нём говорят?

– До многих из вас, вероятно, дошли слухи о недомогании или о болезни Его Величества. Так вот, смею вас уверить, что хоронить моего брата рано. Его… недуг несет опасность, но не для королевства, а для здесь присутствующих, - сообщил принц, с насмешкой наблюдая за испугом придворных. – Речь не о заразе, если так кто-то подумал. У Его Величества Гон.

Ритуал ритуалом, тело телом, а вот головой перестать думать — ну никак. Какой тут перестать, когда на тебя пялятся в такой момент, а осторожные руки, чуть сдвигающие тебя, чтобы новый толчок был легче и проще, принадлежат тому, кого ты любишь всей душой — но вовсе не в том смысле.

Михель никак не может справиться с желанием оказаться между ног своего отца-омеги, который безумно вкусно пахнет.

Вампир надеется, что его простили, но когда видит на тонких запястьях серебряные браслеты, понимает: нихрена подобного. Малыш все ещё зол.

- Попался, - выдохнули Нилу в ухо. И тот сдался. Сопротивляться не было смысла. Наверное, сейчас ему хотелось только курить. - Поймал, - будто хоть один из них двоих сомневался в том, что так и будет. - А где моя награда? - Жри... - юноша покорно обмяк и подставил шею, выгибаясь. Уж лучше так. Все равно он попрощался с тем, что называл жизнью еще тогда, на крыше, когда только увидел Его.

– ...Он ненавидит холод, потому что всё время мёрзнет и его причуда хуже работает.

У Сяо фетиш на длинные волосы. А Итэр и не против.

— Итэр, это была моя последняя капля, — не прекращал шептать Сяо на ухо. — Ты же знаешь, как я ненавижу, когда ты упоминаешь мне их имена. Я тебя недостаточно удовлетворяю? Хочешь оставить меня?

Конечно, Бакуго знал, что однажды услышит запах, который заставит его пускать слюни и лишит разума. Но он никогда бы не подумал, что это произойдет вот так: в раздевалке душевой, глубокой ночью, с идиотом Деку.

Недостаток сна порой толкает на странные поступки.

— Масару, — она дёрнула его одним вечером за рубашку, и тот отвлёкся от книги, — мы правильно воспитывали его? Он только улыбнулся и поцеловал её в лоб. Чёрт возьми, никто не знал, как правильно воспитывать детей.

Соулмейт АУ, в котором человек чувствует причуду своей родственной души. Бакуго не чувствует ничего.

Что делать, если твой лучший друг тщательно скрывал свой запах, и до сего момента ты думал что он бета? Спасать, конечно.

— Построй ему глазки, — пояснила Шиноа, похлопав длинными ресничками. — Скажи что-нибудь приятное, приобними «по-дружески». В общем, делай то, что делает Мицуба, только в культурных выражениях и без рукоприкладства.