Му Цин никогда не играл в компьютерные игры. А еще он никогда не пропускал пары, никогда не опаздывал, никогда не отдыхал. Никогда не заводил знакомства в интернете и никогда не влюблялся в людей, чьих лиц даже не видел. Но ключевой закон судьбы — никогда не говорить никогда.

Намечтавшись перед сном о Фэн Сине в образе Нань Фэна, Му Цин устраивает собственную «Курильницу» с генералом Наньяном и его младшим служащим.

— Я ненавижу тебя, слышишь? — шёпотом выдавливает Фэн Синь, потираясь носом и ртом о намотанные на кулак длинные пряди волос Му Цина. Вдыхает их неповторимый аромат, трётся бёдрами о бёдра и, почувствовав ответное возбуждение, тихо стонет. — Ты отвратителен, — отвечает Му Цин. Его слова звучат едва ли громче выдоха.

«Ты просил показать», — напомнил Фэн Синь, проводя твердыми пальцами по линиям спины, раскрашивая ее теплыми пальцами и ногтями. Это было идеальное давление, идеальное прикосновение. Это успокоило в нем что-то, о чем он даже не подозревал, и заставило расслабиться на кровати с тихим вздохом. Он ненавидел, насколько гибким его сделало это прикосновение.

К задней стороне шеи Фэн Синя возвращается цвет, и он с упреком цедит сквозь зубы: — Му Цин, может хватит? Я же сказал тебе, что это не твоя проблема. — Не надо решать за меня! — голос Му Цина становится громче. – Что за секретность? Ты что, умираешь? Фэн Синь плотно сжимает губы и опускает глаза в пол.

Недооценённый и совершенно заваленный работой, Му Цин просто пытается провести немного времени со своим приятелем Се Лянем, но по какой-то причине Фэн Синь словно преследует его. Поэтому, когда Се Лянь и Хуа Чэн обращаются к Покровителям Юга за помощью в поиске группы пропавших людей, Му Цин понимает, что у него ничтожно мало шансов избежать встречи с другим Богом Войны. В которого он НЕ влюблён. Очевидно.

На юге, аккурат в месте слияния восточных и западных земель разбушевался жестокий демон. Линвэнь не придумала ничего лучше, как отправить туда обоих южных генералов. И хотя Фэн Синь уверял, что прекрасно справится в одиночку, Линвэнь была непреклонна: верующие молили о помощи и Наньяна, и Сюаньчжэня, а значит, на задание отправляются оба. Взрывоопасная смесь из богов войны, которые никак не могут разобраться в своих чувствах.

— Так и что тебе надо? — спросил Фэн Синь наивно: так, сука, наивно! — Я проиграл спор, хорошо, так и что ты от меня хочешь? Или: Фэн Синь совершает несколько ошибок (и ни одна из них не случается по его вине) и зарекается никогда больше не спорить с Му Цином.

Сборник драбблов по Фэнцинам

— Так ты не в курсе? — улыбка Пэй Мина настолько самодовольная, что Му Цину нестерпимо хочется врезать ему по лицу. — Нань Ян в плену «нежных объятий».

Все думают, что Фэн Синь — альфа. И у них нет причины сомневаться в природе этого громкого, агрессивного и сильного Бога Войны. Зачем? Да и не то чтобы есть желание расследовать этот вопрос. Вот только все ошибаются. А Му Цин однажды обнаруживает омегу, соорудившего гнездо из его одежд.

Му Цину стало скучно из-за продолжительного нахождение в небесной столице, и он решил немного проветрится. Поменяв облик на служителя средних небес Фу Яо он отправился на задание,которое могло его развеселить. По стечение обстоятельств он встретил того кого встретить никак не ожидал.

Фэн Синь давно хотел положить конец их обоюдной вражде. И поэтому выпил совсем чуточку, что уже стало для него чревато. На трезвую голову он бы не решился пойти к Му Цину, но раз голова теперь не работает, то можно и наведаться без предупреждения. Но чего-чего он не ожидал, так это громкой пощёчины. Наньян был страшно удивлён, когда действие вина кончилось, а сам он прижимал за талию покрасневшего от смущения совершенного владыку Сюаньчжэня, то и дело покусывающего нижнюю губу.

Се Лянь и Хуа Чэн — друзья по переписке из разных городов, которые общаются практически без перерывов. Стоит Се Ляню признаться, что его чувства находятся за пределами дружеских, как что-то идет не так.

Фэн Синь действительно говорил, что Му Цина пора спустить с небес на землю. Однако он точно не имел в виду что-то подобное.

Му Цин. Му Цин ребёнок. Фэн Синю нужно присесть. Но не здесь, потому что это спальня Му Цина. В обычной ситуации, Фэн Синь вообще не ворвался бы сюда, но **Се Лянь попросил**. Му Цин сидит в луже спальных одежд, шелковистые волосы падают на глаза. Надувшись, он пытается их смахнуть. Рука даже не высовывается из рукава. Он надувается ещё сильнее. Фэн Синь, возможно, издает звук, похожий на кипение чайника и садится прямо там, где стоит. Потому что нахрен стулья и приличия.

Дух оленя Се Лянь никогда не испытывал течки(или же гона), и он начинает верить, что действительно может страдать «бессилием», пока его чуть не растерзает одинокий волк... ИЛИ ЖЕ О том как у ХуаЛяней случается па-па-па

Как всем известно, Му Цин много думает. Многое просто надумывает. До некоторого случайного момента Фэн Синь уверен, что не бывает и секунды, когда мозг поганца не генерирует всякую чушь. И ещё он уверен, что они друг друга ненавидят. А потом Му Цин перестаёт думать, и это переворачивает всё с ног на голову. Фэн Синь не знает, проклинать или боготворить алкоголь.

Они резко замирают по разные стороны от стола, дергаясь то в одну, то в другую сторону, пытаясь предугадать действия соперника. — Вот опять! — Фэн Синь вскидывает руку, тыча в него пальцем, — Ты хоть минуту можешь не думать о моем члене?

Му Цин приходит в сознание не в своей комнате. И не в своём теле.