сборник зарисовок по разным пейрингам.

"Не хочешь разделить бремя героя со мной?" >сборник драбблов... составляющих целостную историю. (8/8)

В библиотеке полумрак, разбавленный тусклым светом чудом сохранившихся по сей день свечей, которые, кажется, бесконечно горят в своем посмертии. Чтец Бездны, не касаясь ступнями пола, поднимается на второй этаж и усаживает Итэра на высокий каменный стол, а сам в ожидании замирает напротив. Соединяет перед собой руки кончиками пальцев и слегка склоняет голову набок. Ох, Итэру есть, что сказать ему. А что с ним сделать – тем более.

Внутри что-то натягивается и оглушающе ломается. Эндзë не знает, куда себя деть, не знает, как себя вести, ведь путешественник непозволительно часто врывается в его мысли. Герой заставляет его чувствовать непривычный, давно позабытый страх, а вереница приятных ощущений захлестывает, от чего Чтец горит и чувствует себя на короткое мгновение человеком. Он желает противиться этому, но в итоге сам разводит непристойный бардак вместе с Принцем. Итэр же не совсем понимает, чего тот к нему прицепился.

Оканчивая путь в Энканомии Итэр хватается за соломинку, желая получить хоть немного информации о местонахождении сестры.

<<- Вспоминай иногда. Обещаешь? - Обещаю.>>

Он ужасно устал... потеря сестры... пустота в душе, пострянные сражения... предательства... ужасно тяготили его. Но был кое-кто, кто освещал его путь, сводя на нет бесконечное одиночество. Его огонь... и враг. - Враги, которые заботятся друг о друге больше, чем самые близкие друзья? Странные же у вас, людей, понятия о вражде.- усмехнулся Эндзё, приняв человеческую форму.

— Как насчёт отдохнуть? — спрашивает Эндзё, стоя на пороге дома золотого. — Катись отсюда, Эндзё! — недовольно кричит Серебряный спутник, закрывая собой Итэра. Золотой поправляет хаори, чешет затылок, а после улыбается: — Эндзё, проходи.

Итэр перестал бояться, как только увидел человеческие эмоции создания Бездны.

Эндзё решил не ограничиваться флиртом

Внутри всё горело. Практически в прямом смысле. Итэр не понимал: то ли дело в том, что у него поднялась температура, то ли в том, что член внутри него принадлежал Пиро Вестнику. Что-то подсказывало путешественнику, что дело здесь в последнем.

Все события в Энканомии пронизаны болью, отчаянием и тоской. Итэру кажется, что эта горечь заполнила бы его до краев, если бы не его необычный помощник и проводник.

под водой.

— За оказанную помощь, я собирался подарить его тебе. — Известен ли тебе термин этих слов? В твоих словах, слышны два подтекста. Людям если дарят других людей кому-то, то обычно либо как раба, либо связанных в больших лентах и с бантом на теле в кровати. — Можешь считать как хочешь, мне всё равно. - сказал Кинич — Рад что ты не изменился, Эндзё. — Здравствуй, я тоже. Хм... А какой твой любимый цвет, Итер? Раз уж меня тебя дарят, то мне нужно знать в какой цвет обёртке нужно быть. — Оу...

— Тот, кто погас, будет ярче светить Чем кометы, пролетающие над планетой Из пустоты без твоей красоты Не родится юности вольная птица! - мягко пел на лире блондин, легонько медитируя на самой высокой части Энканомии. — О архонты! - испугался и чуть не выронил свой музыкальный инструмент из своих рук янтарноглазый. — Какого чёрта, ты здесь делаешь, Эндзё?! — Извини, не хотел тебя пугать... Пожалуйста, продолжай играть... Ты безупречен... - несмотря на свой голос, мягко сказал чтец бездны.