— Ты, блять, пришел ко мне в мастерскую голым? — Хенджин ведь не верил до последнего. Да, ничего такого не было в том, чтобы разгуливать по дому голышом.

Музыка сменилась на Reggaetón lento, и альфа думает, что это идеальный момент для того, чтобы подойти вплотную сзади и ненавязчиво положить руки на чужую узкую талию, покачивая бёдрами из стороны в сторону чётко в такт. Джинни наверняка уже дико пьяный: Феликс ни разу не чувствует сопротивления. Сладкий запах сангрии пробивается в лёгкие абсолютно беспрепятственно. Хёнджин так и льнёт, обнажая шею, и альфа не может устоять — низким голосом говорит куда-то в скулу: — Bailemos?

Ли убирает камеру от лица на несколько секунд и заинтересованно приподнимает бровь. Хёнджину всё равно, он продолжает думать о том, что был бы не против, если бы его взяли здесь и сейчас. Да, они не знакомы, но Феликс чертовски привлекательный, это определённо незаконно. Тонкая просьба смотреть на него (в объектив) долетает до ушей, но Джин хочет услышать это немного в других обстоятельствах.

Феликс жил своей мечтой стать рокером, его комната была увешана во всевозможные плакаты групп, которыми он ежедневно вдохновлялся. И вот, казалось бы, мечта сбылась: он оказался в элитном рок-клубе, где выступали непревзойденные. Ли решается показать себя, но с треском проваливается, теряясь среди многолюдной толпы. — И чего ты плачешь? Разве рокеры плачут? – вздыхает красноволосый парень. — А что они делают? – всхлипывает. — Показывают всем придуркам, кто здесь главный.

Иметь всю эту популярность, все эти бесчисленные деньги при себе доставляло огромное удовольствие Хван Хенджину. Многие думали, что он модель, а кто-то и вовсе, что он богатенький сынок своих родителей, однако никто и не догадывался, что парень просто выполнял задания из приложения, после которых на его счету прибавлялся ещё один нолик. Правда, иногда они были очень... своеобразны.

«Я очень люблю рисовать. Сказал бы даже, что это стало неотъемлемой частью моей жизни. Пусть и делал это неумело, но я учился. Я рисовал цветы. Красивые такие, полевые цветы. И думал, что рисую самые красивые из них, пока не увидел тебя на соседней улице. Ты не просто стал моим вдохновением, Феликс, ты стал моим самым лучшим рисунком. И мне не терпится запечатлеть тебя в своей жизни. Если ты, конечно, позволишь этому случиться. С любовью, Хван Хенджин».

— Мам, мне одна девочка нравится, — слышит Хёнджин до боли знакомый голос из-за стены и с силой сжимает ладони в кулаки. — Она такая... Такая... Самая лучшая, мам, — Феликс с неподдельным восторгом делится чувствами, а у Хвана глаза стекленеют из-за влаги, скопившейся в уголках. — Мне кажется, я люблю её, — шепчет Ли, и у Хёнджина сердце разбивается пополам в этот момент. Неужели всё, что между ними было, ничего не значит, ничего не стоит и вовсе не несёт и капли веса?

Хван провожает пронизанным завистью взглядом парочку Минхо и Джисона. Этим двоим только завидовать и остается — такая гармония между ними, а сколько понимания, тепла во взглядах, трепета в касаниях. Хёнджину тоже хочется куда-нибудь на место Хана. Однако, кажется, таким очарованием, как младший, он не обладает, который растопил ледышку Хо, и до сердца Феликса Хвану как до луны пешком. Или всё-таки ближе?

Феликс от своей "радостной" жизни без конца ест витаминки, чтобы успокоиться и прийти в себя. Они едва ли уже помогают и Ли замечает, как эффект от них снижается. Он находит себя в нервном и тревожном состоянии, как вдруг его за руку берет Хёнджин и мир перед глазами перестает сотрясаться. Улетучивается дрожь в теле, а он сам обретает молниеносное душевное спокойствие и равновесие. В эту секунду он понимает, что не хочет отпускать руку Хвана больше никогда.

Маленький вредитель по имени Феликс снова напакостил, но в этот раз на Хёнджина не действуют жалостливый взгляд и виновато прижатые к голове ушки, поэтому Хван решает наказать шкодливого котёнка.

— У каждого есть секреты, Хенджин, – Феликс слабо улыбнулся, болтая ногами из стороны в сторону. — У кого-то несколько скелетов в шкафу, а у кого-то, как у тебя, целый гардероб. — А у тебя? – поинтересовался Хенджин. — Есть секреты? Воцарилась тишина, как перед надвигающейся бурей. — А у меня только один – это ты.

Воспоминания нам нужны для того, чтобы иногда возвращаться туда, куда уже невозможно вернуться. — Ты знаешь, что перед тем, как исчезнуть с небосклона, звезды оставляют после себя взрывы? – неожиданно сменил тему Хенджин, привлекая к себе внимание Феликса. — Правда? — Да, – Хван провел по его волосам и улыбнулся, заглядывая в глаза. — Феликс, давай будем, как звезды: оставим в этой жизни после себя несколько ярких взрывов. Вместе и до конца.

Феликс ненавидел шумную музыку, что постоянно играла у него за стенкой, а также ненавидел ненормального соседа-рокера, раздражавшего его с каждым днем сильнее. Хенджин же, наоборот, очень любил сладких мальчиков.

— Я вижу, как ты на меня смотришь, – шепчет Хван, поглаживая парня по коленке, плавно поднимаясь вверх, — но хочу предупредить: мне нравятся девушки.

— Феликс? – опешил Хван. — Ты какого черта пристегнул меня к кровати? — Я слышал, что ты говорил своему другу по телефону, Хенджин, – недовольно буркнул Ли, перекидывая ногу через бедра старшего, садясь на него.

Одним майским днем Хенджин наткнулся на магазин одежды неподалеку от побережья Тихого океана. Так началась его новая жизнь, местами горькая и соленая от воспоминаний о тихой боли, местами сладкая и теплая, как широкая улыбка Феликса. У Феликса тоже началась новая жизнь.

Минни Ниша, как самая богатая в Южной Корее, решила вызвать девочку на час, но закончилось, это, чем то неожиданным....

Минни профессиональная фехтовальщица в школе. Миён хочет научиться фехтовать, чтобы влюбить в себя Минни. Мой ТГК:https://t.me/dghcxfjbnc

Работа менеджером знаменитости была не из легких, но Минхо казалось, что он отлично справляется, пока Джисон не начал буквально раздевать его глазами. Расставшись со своей девушкой, Ли решил, что им пора серьезно поговорить.

В университет пришел новый профессор Английского, сможет ли Лиса продержаться от её чар?