— Ты! Тот долбаный заяц, который мои конфеты хотел спереть! А я тебе зуб выбил! — А! — протянул Чонгук. — Так это ты в нос ушибленный?! Я тебе вместо носа мозг в детстве повредил?! — Отдай тыкву, гадина! — прошипел Тэхён, в котором вспыхнула детская обида. — Я могу тебе по тыкве дать, мракобесина! — предложил свой вариант Чонгук. *** У них было всего лишь три случайные встречи на Хэллоуин. Но судьба приготовила ещё одну.

У Чимина есть все, о чем только можно мечтать: красивый и заботливый муж, машины, квартира — денег столько, что и за всю жизнь не потратить. Но ему кажется, что однажды он может всего лишиться, если Юнги узнает о его лжи.

Чимин никогда бы не подумал, что будет таким же, как эти японские извращенцы в метро, потирающиеся о школьниц. Ну, вот честно, Пак Чимин не извращенец, просто... так получилось. Он не виноват, правда, но подозрительный взгляд блондина и стремительно краснеющие щёки в сантиметре от его лица говорят об обратном, громогласно и без слов обвиняя его в этом.

Добро пожаловать на борт компании Qatar Executive! Вас приветствует Пак Чимин и его голодная задница, или сказ о том, как Чимин бортпроводником ходил работать у миллиардера под крылом роскоши...

Мин Юнги тот, под кем ходит вся тюрьма. Тех, кто мешается у него на пути, ставят на колени и ломают кости.

"Все мы по сути, как ни крути, близкие люди", но есть и те, кто ближе всего и даже слишком!

Какова вероятность того, что позориться перед незнакомцем войдёт в привычку? У Пак Чимина это где-то ближе к 100%.

- Ты можешь делать всё, что душе угодно, я смирюсь. Но развестись даже не пытайся.

— Дракон выбирает дракона — и никак иначе!

Однако, всему есть предел. Тэхён готов был стерпеть что угодно от других людей, готов был ежедневно сталкиваться с пренебрежением от Чонгука, искренне веря, что тот его любит. Пускай, не так сильно, как он сам, неважно. Главное — то, что он дорог Чонгуку, нужен ему. Но теперь. Оказалось, что нет. Оказалось, что он просто удобен — какое отвратительное слово.

Чёртов Чон Чонгук — гомофоб, редкостный мудак и уже бывший начальник Ким Тэхёна, теряет память... А месть — штука сладкая. Не так ли? За всё нужно платить в этой жизни, Чон Чонгук...

Тэхён замирает, казалось, даже дышать забывая. Запах Чонгука врывается в ноздри, прошибая все внутренности, когда тот прижимает к стене. Омега с ума сходит, аромат табачного листа терпкий, мужской, насыщенный. Чонгук пахнет, как истинный сильный альфа. Вот только у Тэхёна не возникает ни малейшего желания прогнуться. Омега резко поворачивает голову и соприкасается взглядом с чужим — тёмным и жарким. Отворачиваться не думает, а лишь агрессивно смотрит в ответ, прожигая своим медовым.

— Сахарочек! — одёрнул его Чимин. — Это же я, твой пупсюшонок Чимин, — залепетал, разворачивая его к себе, чтобы не пялился в окно и не переживал. — Какой нахуй пупсюшонок?! Ты что, бандюган, Чимин? Мафиози? Я запал на преступника? — ошарашенно бормотал сиплым от срыва голосом Юнги.

— Все альфы долбоебы! — Да! — Ненавижу альф! — Да! — Нахуй альф! — Да! — А ты разве не? У Чимина перед глазами проясняется, он краснеет и добавляет: — Ну, кроме меня, да?

Я бы, конечно, все равно дождался тебя, даже если бы ты задержался на годы, но теперь нам придется ужинать чипсами.

Юнги хотел легких денег — он их получил, но в процессе пала жертвой его натуральность.

У Сокджина двое детей, а его несет не пойми куда спасать голос в трубке.

— Меня зовут Чонгук. Чон Чонгук, — и протягивает руку, предварительно вытерев её о джинсы. Господи, он весь взмок от волнения, почему это так сложно? — Ким Ёбарь-террорист! — вскрикивает Тэхён и обречённо вздыхает. — Чёрт, я не хотел, простите. Так что насчёт кофе?

— Может, он вообще против отношений с оборотнями? А тут я — весь такой красивый.

Учеба в медицинском, несомненно, полна сюрпризов, но неожиданное появление перед глазами мужчины, которого ты обматерил с ног до головы, в качестве твоего нового преподавателя по хирургии — это, пожалуй, конечная. История о Тэхёне, отказавшемся от своей мечты стать хирургом из-за инцидента двухлетней давности, и Чонгуке, преподавателе, сумевшем возродить в студенте прежнее рвение к мечте.