Шан Цинхуа больше не может терпеть постоянные побои, помыкание собой. Недоверие... Может быть, его королю будет лучше без него? Шан Цинхуа сбегает, на этот раз туда, где Мобэй точно не сможет его найти. Или два идиота, а Шэнь Цинцю снова вынужден всё разгребать.

«Эта жизнь была дрянью! Что ж, пора это закончить». 20 мая. Шан Цинхуа честно обвел этот день черным. Да, он хотел умереть именно в этот день. Да, он испортит его всем. Он перестанет быть удобным, его смерть обязательно ляжет черным пятном на весь этот день! Вот только он никак не ожидал, что странный незнакомец захочет ему помешать! И вот он смотрит на этого парня напротив и понимает... Что тот ничего о себе не помнит!

С недавнего времени на Мобэй Цзюня нашла напасть. Сны. Непристойные, сладкие сны. Они наносили практически ощутимый урон, так что являлись самой настоящей напастью. «О чем же эти сны? — поинтересуется читатель. — О какой-нибудь прекрасной демонице, охомутавшей сердце холодного Мобэй Цзюня, или симпатичном суккубе, на худой конец?» О, нет. Все сны Мобэя были о человеке. Самом близком Мобэю человеке, ради которого он был готов варить лапшу и таскать за собой старые тележки.

АУ!Мошан, где Щан Цинхуа частично или полностью умеет превращаться в мышонка, и в таком образе прокрался в спальню к Мобэю.

Мобэй приказывает проваливать, и Цинхуа слушается. Им, конечно, стоило бы поговорить, но...

Лингуан-цзюнь интригует. Шан Цинхуа выпивает Отвар истинных намерений. Мобэй-Цзюнь узнает, что не только Ло Бинхэ готов выполнять любую прихоть своего человека.

Шан Цинхуа всегда жаловался, что его лупят три раза в день, почём зря. Но действительно ли ситуация обстояла таким образом? Повествование сюжета от имени Северного короля, за что же на самом деле били несчастного невинного заклинателя.

Цинхуа получает возможность вернуться в свой мир, однако система ставит перед ним определённое условие — чтобы покинуть это чужое, но такое родное место и вернуться в свою реальность, необходимо умереть... Погрязший в мыслях о своей ничтожности и бесполезности в глазах окружающих, он наконец принимает решение обратиться к этому методу: самоубийству. Семь дней — всего-лишь краткий отрезок времени, который отведен для выполнения данной задачи.

Мобэй Цзюнь не понимает Шан Цинхуа. Он все время думал, что знал его, но каждый раз убеждался в обратном. Ему остается только перестать предполагать, и начать учиться. - История Мобэй Цзюня и Шан Цинхуа, глазами ледяного короля.

Цинхуа и подумать не мог о том, чтобы хоть один раз в своей жизни искупаться в царстве демонов. Хоть в дырявой кадке, хоть на горячем источнике с изящными демоницами — это никогда не обсуждалось. Однако его холодный и замкнутый король предложил, нет, скорее, утвердил факт того, что сегодня лорд Аньдин примет ванну в Царстве демонов.

На самом деле, любому было бы сложно сосредоточиться на работе в такой ситуации. > — Все ещё плохо, — Мобэй-цзюнь прищелкивает языком. Шан Цинхуа издает возмущенный звук, который быстро перерастает в тихий стон. — Если я покажу это кому-нибудь, то наверняка опозорю свое имя. > — Хорошо, что не себя, — выдавливает Шан Цинхуа сквозь стиснутые зубы. Мобэй-цзюнь весело выдыхает. Большими пальцами, он вырисовывает круги на бедрах Шан Цинхуа, продолжая мучительно медленно толкаться в него.

Шан Цинхуа в очередной раз попадает под влияние собственных сюжетных ходов, а Мобэй-цзюнь в очередной раз путается в человеческих обычаях и повадках.

«Если взялся писать, изучи своих конкурентов», — так думал Шан Цинхуа, скупая слэшные новеллы, но кто бы мог подумать, что и их с Мобэй-цзюнем уже успели зашипперить? Да ещё и сам лорд пика Аньдин не придумал ничего лучше, чем спрятать экземпляр посвящённой им брошюрки в библиотеке Его Величества.

Шан Цинхуа замерзает. Он крупно дрожит всем телом, съеживаясь, обнимая себя обледеневшими руками. Шан Цинхуа жарко. Он податливо подставляется под нежные прикосновения ладоней, чувствуя сладкую истому внизу живота и возникающее желание чего-то большего.

— Я... — Шан Цинхуа опускает глаза. — Я мог бы сказать, но ты не поверишь мне, как обычно. — Тогда почему я вообще должен тебя слушать? Шан Цинхуа прерывисто выдыхает. — Потому что мой муж всегда слушает меня, — тихо говорит он. (ИЛИ. Из-за проклятья Мобэй-цзюнь забывает Шан Цинхуа) (ИЛИ. Третий фанфик с амнезией, о котором никто не просил)

Шан Цинхуа знал, что у него много недостатков. Но не знал, что тот, который он считает самым главным, является таковым только для него.

Шан Цинхуа быстро кивнул, расслабляясь только тогда, когда Мобэй Цзюнь оторвал свой взгляд и лег обратно на бок, подпирая рукой голову. Потом он сделал кое-что действительно ужасающее — он улыбнулся, его губы изгибались таким образом, будто это было самим порождением злобы, посылая вдоль спины Шан Цинхуа дрожь. — Хорошо. Остальные не должны касаться того, что принадлежит мне. (или 5 раз, когда Мобэй Цзюнь удивил Шан Цинхуа + один раз когда Шан Цинхуа удивил его.)

Линьгуан-цзюнь решает узнать, насколько Шан Цинхуа верен его племяннику.

— Мой король, — начинает Шан Цинхуа. — мы приближаемся к одной из самых благоприятных дат для свадьбы. Мобэй-цзюнь смотрит на него снизу вверх. — О? Шан Цинхуа кивает. — Если мы не начнём подготовку сейчас, будет затруднительно...организовать свадьбу вовремя. Мобэй-цзюнь, нахмурившись, откладывает кисть. — Это было бы не идеально. (ИЛИ: Шан Цинхуа — сваха Мобэй-цзюня)

AU: соулмейты, где на ладонях отражаются желания их половинки. Повелитель Севера был на границе с Ло Бинхе, занимаясь очередным завоеванием новых земель, собираясь сразу же после отправиться на совет, но в один момент его обычно ледяные руки окатила волна жара, отдаваясь резкими покалываниями, а привычная надпись "хочу спать", сменилась на "хочу умереть".