Общую сеть духовного общения снова-таки сокрушал галдёж. Все как один обсуждали внезапную пропажу генерала Сюаньчжэня. Ну как пропажу. Он-то всё ещё здесь, но на публике не появлялся уже несколько месяцев. Когда Фэн Синь лично пытался узнать, почему Му Цина нет, то во дворец его не пустили, а вежливо отказали.

Му Цин красивый. Фэн Синь знал это, принимал болезненно, как занозу на языке, лезвие под кожей. Он знал это, знал глубоко в душе, и все же до сих пор позволял этому лучшим образом задевать его. Му Цин начинает по-разному заплетать волосы. Фэн Синь не может этого выдержать (и влюбляется).

AU! в котором на Му Цина наслали проклятье чтения мыслей, и в одну из очередных перепалок с Генералом Наньяном, он теряет контроль над проклятьем и слышит мысли Фэн Синя.

Фэн Синь тяжко вздыхает и садится на чужую кровать. Смотрит прямо на Му Цина, в упор, но взгляд мутный, расфокусированный. "Приплыли, блять", - мысленно ругается Му Цин, закатив глаза. Только этого ему не хватало для полного счастья.

Фэн Синь держал руки на его неожиданно тонкой талии и тупо смотрел на то, как его собственные широкие ладони удобно и гармонично лежат на теле Му Цина.

Му Цин. Му Цин ребёнок. Фэн Синю нужно присесть. Но не здесь, потому что это спальня Му Цина. В обычной ситуации, Фэн Синь вообще не ворвался бы сюда, но **Се Лянь попросил**. Му Цин сидит в луже спальных одежд, шелковистые волосы падают на глаза. Надувшись, он пытается их смахнуть. Рука даже не высовывается из рукава. Он надувается ещё сильнее. Фэн Синь, возможно, издает звук, похожий на кипение чайника и садится прямо там, где стоит. Потому что нахрен стулья и приличия.

Му Цин решил, что сможет сам справиться. Справиться с демоном, справиться с ранением, справиться с ядом. Его упрямство и бесконечное "я сам" в конечном итоге привели к печальным и... несколько неожиданным последствиям.

Целоваться со злейшим врагом по пьяни - ладно, дрочить друг другу - хорошо, но проснуться в одной кровати на утро после секса, ощущая, как он обнимает тебя сзади и целует в шею - просто пиздец

Когда драка неожиданно перерастает в...

Му Цин упорно следовал выбранному пути самосовершенствования. От этого у него и проблемы.

Их секс был идеальным. Фэн Синь любил его так же сильно, как драки, и даже из-за этого стал чуть лучше понимать выбор Се Ляня, когда оказался в постели с мужчиной. Было незабываемо. Проблема была в другом — Му Цин категорически отказывался быть принимающей стороной.

Судорожно вздохнув, бог войны отчаянно пытается вырваться, но хватка оказывается буквально мертвой, а поза болезненно некомфортной, поэтому, единственное, что остаётся в такой ситуации, откинуться назад, прижавшись к Наньяну всем телом, а голову легонько откинуть на плечо, отчего тот слабо вздрагивает и ослабивает хватку, освобождая пленённого.

О том, почему приходить на собрания сонными рискованно (зато очень приятно).

– Ты пьян, – наконец произносит Му Цин, стараясь так, чтобы его голос звучал ровно. – Тебе пора возвращаться, твои низшие чиновники, небось, обыскались тебя… – Не хочу возвращаться, – бормочет Фэн Синь. – Хочу остаться здесь. Му Цин снова замирает. – Ты пьян, – шипит он. Фэн Синь ломает голову над тем, что подарить Му Цину на день рождения, и каким-то образом оказывается пьяным у дворца Му Цина (не спрашивайте).

Демон!ау, где Му Цин все-таки срывается в лавовые потоки.

Му Цин пытается заставить Фэн Синя понять, что он любит его. Но Фэн Синь тупица, что очень в его стиле, и просто не замечает намеков.

— Ты такой придурок, просто не могу, — Му Цин, до этого старающийся сдерживать порывы, сейчас со всем удовольствием закатывает глаза, высказывая тем самым осуждение ранее сказанным словам, — Что я? С каких пор у тебя есть право решать нужен ты мне или нет? — А нужен? — Фэн Синь смотрит пронзительно и будто что-то ищет старательно, чего-то ждёт. Возможно, ту самую надежду, ту самую собственную нужность в чужих глазах.

Подбородок Фэн Синя несколько неудобно упирается в чужой лоб, но других идей, как остановить это безобразие, у него нет. Да и вариант оказался действенным — как только он рукой обвил талию Му Цина и притянул мужчину к себе ближе, блокируя руки, что норовили избить его прямо во сне, тот наконец расслабился. И, кажется, даже засопел.

— Так почему у твоих храмов всегда вертится так много кошек? — Не знаю. Почему, как ты думаешь? Фэн Синь думает, что это всё от того, какой Му Цин потрясающий. Он ему это обязательно скажет когда-нибудь потом.

Кажется Му Цин наигрался. Как котам рано или поздно надоедает одна игрушка, так и ему надоело задирать Фэн Синя. Он ушёл с насиженного места на поиски новых развлечений и, кажется, нашёл. А Фэн Синь с удивлением обнаружил, что кажется влюблён.