— Время сказать тебе правду, малыш Юджи. — Учитель улыбается и припускает очки, глядя поверх линз — глаза в глаза. — Тебя оставили в живых, потому что ты нужен мне, милый. Однако старейшины поставили некоторые условия, с которыми мне пришлось согласиться. — Не томите, сенсей... — Голос Юджи дрожит, парень едва ли не кусает локти. — Я что-то должен сделать?.. — Ты будешь носить моих детей, Юджи. / / Или омегаверс!AU где то, что сосудом Сукуны оказывается омега, играет Годжо на руку.

Юджи на самом деле не одержим глазами Годжо Сатору. Но когда тот начинает скрывать их слишком сильно, он понимает - случилось что-то странное, и ему просто необходимо это узнать. Маленькая история о том, какая альтернатива могла бы ждать Годжо, не попади он в "куб".

Итадори Юджи безоговорочно влюблён в Годжо Сатору.

Поцелуй раз: Юджи смущенно отворачивается. Поцелуй два: руки подростка ложатся на его плечи и сжимают, притягивая ближе. Поцелуй три: юноша со вздохом падает на белые простыни.

Ну и проблемы у бедного Сатору. Ведёт такие умные беседы в своей голове – о слабостях и чувствах, как будто сам не понимает, что его это касается напрямую. Случись что с его учениками, он, кажется, потерял бы всяческий контроль и разнёс всё вокруг.

Юджи, Мегуми и Нобара пришли в клуб. Им хотелось веселиться, танцевать, не зная забот. Но один хитрый демон по имени Сатору Гождо решил украсть одного из них.

– С добрым утром. – с одновременно ласковой, веселой и хитрой улыбкой, Юджи отстранился. – И тебя. – все, на что хватило все еще разбитого удовольствием Сатору.

Губы Сатору фантомно покалывали, ровный темп дыхания сбивался, а кисть руки сама тянулась ко рту, чтобы имитировать волнующие прикосновения Юджи этим вечером. Сумасшествие какое-то. От такой мелочи, и так помешаться...

Второгодка Годжо Сатору влюбляется в первогодку Итадори Юджи, а эрогенная зона мальчонки - уши. И одному господу богу ведомо, как эти две вещи связаны между собой.

Сугуру жил преисполненным ненавистью к прихожанам и тянущим за собой грех за нарушение данных им однажды обетов. Гето, с потаенными в задворках сознания грезами, не верил в Божью милость и высшее духовное, пока его преследовало эхо из сновидений и караулил слушающий читаемые им молитвы нечестивый в темных очках.

Сатору не просто проблемный мальчик, он — ходячая катастрофа, гремучая смесь яда, спеси и подросткового максимализма в худшем его проявлении. Но что-то в Сугуру есть такое, что способно подчинить и поставить на колени любого — то ли дело в его холодном, строгом взгляде, то ли в ледяном тоне его голоса, то ли в манере преподавания. «Умница, Сатору» слетает с его уст, и Годжо теряет последние остатки своей мнимой гордости между чужих ног.

каннабис, игги поп и произнесённое в беспамятстве «сугуру, я хочу залезть тебе под кожу».

— Бля, заткни меня, — хрипит Сатору. Он чувствует чистейшее удовольствие, — оно сносит его точно цунами, стирает подчистую все мысли и растворяет в чернеющей бездне. Горячая сперма попадает на руку и траву, и это достаточно прозаично, учитывая, что у Годжо перед глазами рассыпаются искры, а ноги трясутся — на кой черт они такие длинные и как он вообще раньше ими пользовался?

Вместо этого, впрочем, он улыбается все так же мягко и смотрит снисходительно, но ничего успокаивающего в этом нет - так, скорее, охотник смотрит на свою жертву, в которую всадил уже несколько пуль, но так и не задел ни одного жизненно важного органа, и теперь медлит с тем, чтобы добить несчастного зверя. Годжо не несчастный и совсем не зверь, впрочем… выть и скулить Гето его все равно сегодня заставит. Приложит для этого все свои усилия. И не только свои.

— Будешь моим? — спрашивает Сугуру, поднимая вверх руку и демонстрируя аккуратное кольцо. — Окольцевать меня решил? — весело хихикает Сатору, сразу подскакивая на кровати. — На короткий поводок посадить, — закатывает глаза Гето, чувствуя, как улыбка против воли появляется на лице. — Конечно буду, — выхватывая украшение, Годжо нависает над Сугуру, увлекая в жаркий поцелуй.

— Представляешь, он сказал, что губы мои — это лаванда, — приторно-мечтательное восхищение Гето сложно остудить даже скепсисом Нанами. — Какая нахрен, лаванда? — голосом Кенто можно колоть лед. — Сколько вам лет? Десять? Девять?

— Это одноразовая акция, я клянусь. Сатору немного расстроен слышать это, но он не будет делать из этого проблему. — Конечно. Одноразовая акция. В первый и последний раз. Понял. //Квест Годжо Сатору По Соблазнению Вредной Омеги, у которой дерьмовый цикл.