Кажись, иногда обычный человек с необычными проблемами, может перевернуть жизнь совсем необычного человека с обычными проблемами.

Слова значат многое, даже небольшая брошенная фраза на эмоциях. / как Кевин нагрубил Нилу, который в свою очередь принял близко к сердцу.

Арсению Сергеевичу сорок, он любит свою работу — учителя русского и литературы и по совместительству завуча по учебно-воспитательной работе — и кота, которого зовут как персонажа Набокова. Больше он ничего не любит, потому что, кажется, не умеет. Антону тридцать два, у него бесполезное образование учителя физической культуры, смутное представление о том, что делать со своей жизнью, и полная неспособность запоминать школьные аббревиатуры.

Два счастливых голубка сидели в обнимку и целовались ещё минут десять, а тем временем за дверью Позов и Матвиенко молча выражали свой восторг, подсматривая за возлюбленными через замочную скважину.

Нил полюбил книги, и, кажется, читающий Джостен стал новым фетишем Эндрю.

Очередное сумасшествие Шляпника приводит к непредвиденным последствиям. Алиса должна вернуться в свой мир снова, по прежнему не разобравшись до конца в себе и в чувствах этому безумцу, но тот в свою очередь изменит её решение весьма неожиданным способом.

"... сорвался на жестокость, вселенскую грубость" или как Эндрю признал, что что-то между ними всё же есть.

У Нила проблемы со сном. Он устал. Ему хочется спать, свернувшись в маленький комок, что бы его никто не трогал, и одновременно с этим не хочет спать. Не хочет видеть кошмары по ночам. Не хочет видеть секундное бесспокойство в глазах Эндрю, который будит его посреди ночи, потому что Джостен истерически кричит и пытается убежать, хватается руками за Эндрю и просит не уходить.

Сердце в груди заходится гулким стуком. Эндрю аккуратно убирает чужую ладонь, поддевает свою футболку, стягивает ее и застывает на секунду. За холодным взглядом следует уверенный ответ: — Ты можешь продолжить.

«Защищать людей, истреблять нечисть, семейное дело» — откровенно говоря, байка для самоотверженных. Эндрю привык спать с ножом под подушкой исключительно ради мести. Он уже смирился с тем, что не доживет до двадцати восьми, а Нил, — его личный демон на плече, по-блядски трепетно вытирающий пот со лба, — нет. [Или: AU, в котором Эндрю переживает не лучшие времена, а Нил пытается быть чуть меньшим демоном.]

Эндрю всегда мог похвастаться стальной выдержкой, но не тогда когда это касалось, мать твою, Нила Джостена. А потому Миньярд явно не ожидал такого от своего нападающего.

Нил надел туфли в результате спора

— Так и знал, что твой комплекс мученика, из-за которого тебе просто жизненно необходимо обвинять себя во всех бедах Земли, идёт прямиком из детства. Нил хмыкает и забирает зажжённую сигарету, вдыхая дым. — Кажется, детские травмы — это не только моя проблема, — заметил нападающий, вглядываясь в горизонт, застланный крышами высоток. Или: Нил несколько раз говорит о травмирующих событиях из своего детства Лисам, после чего случается что-то хорошее.

Снова порез. Он хочет остановиться, ведь понимает, что вся рука исцарапана, это ужасно выглядит, а если кто то увидит - ему точно не жить. Но вместо этого он делает еще несколько движений ножом. Слёзы становятся сильнее. //// или ау в котором антон занимается селфхармом

Антон ученик. Арсений учитель биологии и психолог. У Антона проблемы и никто об этом даже не догадывается, кроме Арсения...

Сэлфхарм - это не просто самоповреждения, которые ты можешь прекратить в любой момент. Это, как наркотик, даже начать непросто, а закончить ещё сложнее. Отнюдь не школьное AU, но Антон - ученик одиннадцатого класса, а Арсений его преподаватель, а также парень.

По заявке одного талантливого фикрайтера. У Антона огромный член.

Антон опаздывает на экзамен, но на самом деле он опаздывает на секс. [университетское-ау, где Арсений — бывший Антона, а ещё он принимает у него экзамен. И не только экзамен]

...а ещё он любит наблюдать за спящим светловолосым мальчишкой, который забавно дёргает носом во сне и зарывается лицом в подушку. Такой милый и беззащитный… Арсению стыдно за мысли, которые его посещают, когда Антон прижимается к нему и неразборчиво что-то скулит сквозь сон.

— Так, ладно, допустим, красиво. Почему радуга, Шастун? Что за пропаганда ЛГБТ? — Да никакая не пропаганда. Он реально пидор. Они там все такие в правительстве. — Шастун, — рыкнул старший лейтенант, и парень вздрогнул. — Ну радуга же яркая, красивая. Если вам не нравится, я могу в следующий раз что-то другое нарисовать.