История от лица Ин Хо, пытающегося понять, что замышляет вернувшийся в игру Ки Хун, но не замечающий, как постепенно становится одержим не только идеей о раскрытии плана, но и самим игроком 456. Образ Ен Иля врывается ему под кости и разрывает привычную жизнь Фронтмена, но он готов пожертвовать собой, ради достижения своей обсессии. "Но он желал обладать им и это желание было сильнее здравого смысла."

– Приснился кошмар?– прозвучал тот же самый голос, на этот раз немного ближе. Ги-Хун вздрогнул. Он узнал этот голос, низкий и бархатистый, пронизанный легкой хрипотцой. Ги-Хун моргнул несколько раз, и его взгляд, наконец, сфокусировался на темном силуэте, сидящем на самом краю его койки. – Ëн Иль? Это ты? – мужчина прищурился, - Что ты тут делаешь? – Я услышал, как вы ворочились. Вот и пришел проверить, все ли хорошо с вами.

Ги Хун ничего не ел целую неделю. Ин Хо покупает ему нашумевший в Корее виноград Шайн Мускат.

Ненависть — это всего лишь обратная сторона привязанности.

Сон Ги-Хун просыпается в постели врага. Каждое утро.

Он хотел большего, становясь жадным. Словно не прирученый жеребец, он ловил себя на мысли, что хотел быть укрощенным им.

Он ухмыльнулся —Убьёшь? С рукой, пристёгнутой к кровати?

В рупоре прозвучал женский голос, произносящий болючие слова: "Игрок 390 выбыл из игры." / И под конец в рупор сказала женский голос: "Игрок 456 выбыл из игры."

Ин Хо, может, и не очень хороший человек, но зато он отменно трахается.

Ги Хун не злился, когда в третьем часу ночи ему долбились в дверь так, словно где-то случился пожар и срочно нужно бежать к огню и вытаскивать старушек. Он не злился, когда на пороге вместо незваного гостя увидел одиноко лежащую картонную визитку, а просто переводил помутившийся взгляд от нее до ближайшего мусорного бака. В трех геометрических нарисованных фигурах он чётко, как на духу, видел издевательское послание: «Хуй тебе, а не спокойная жизнь»

Яркие огни Сеула всегда ослепляют.

Я пыталась. Но могут быть ошибки по сюжету и явные отклонения от сюжета, но всё так и было задумано.

— Почему он так смотрит? — Втюрился.

—Куда собрался?—спросил Ин Хо, входя в спальню. Как только он увидел, что Ки Хун начал собираться, в голове появилась мысль, что тот идёт к друзьям. —В бар с друзьями.

Ки Хун больше не хотел думать об этом. Когда черная маска упала на пол, раскрывая сущность того, кого он всей душой ненавидел и презирал, противостояние потеряло свой смысл. Последней схватки не будет, потому что он заранее, заведомо проиграл.

— Ги Хун, кажется, я знаю, какие будут следующие игры. Что? Ён Иль смотрел прямо на него, как обычно он любил делать. Но прежде, чем переспросить, Ги Хун посмотрел на потолок — там висели различные рисунки человечков, которые… играли в игры? Но что это были за игры, в правилах которых люди должны были стоять в позе собачки…?

Ги Хун некоторое время молча смотрит на него, пристально изучая его фигуру. — Как ты вообще уживаешься с самим собой? — Я не знаю. Когда он наклоняется, это происходит медленно и обдуманно. Он словно демонстрирует свои руки. Умоляя Ги Хуна посмотреть на них со стороны и притвориться, что они чистые. — Ты можешь сказать мне «нет», — напоминал он ему. Чудесным образом Ги Хун просто кивает. Или: Ги Хун и Фронтмен встречаются после окончания игр.

Возможно, Ин Хо одержим. Но, даже если и так, то... разве это плохо? Пока он получает наслаждение, питается негативными эмоциями и с безумным удовольствием смотрит в глубокие карие глаза, в которых читается желание отомстить, всё хорошо. Ки Хун — его объект одержимости.

Ин Хо не уверен, что это хорошая идея, но рукой уже тянется к чужой резинке на форменных штанах. Это не входило в его планы. Зажиматься в тесном туалете, подобно подросткам в пубертате, до сбитого дыхания и ломаной кривой пульса. И стояка (ну, конечно же, как же без этого!), что так недвусмысленно упирается Ги Хуну в бедро. В конце концов, Ин Хо тоже пропащий человек, со своими потребностями и желаниями, и даже здесь – Ги Хун будет играть по его правилам. «Ведущий» он вообще или кто?

Ли Бен Хона и Ли Джон Дже вызывает режиссер и огорошивает новостями: из за косяка с инстой "отменили" актера, который играет 120. Необходимо переснять часть третьего сезона. Изучив потребности массового зрителя было решено пойти по пути "Аркейна" и канонизировать фанатские шипы. Два бедных дядьки (точнее богатые, они же по ляму баксов за серию берут) в полном ахере получают на руки кусок сценария сваянный нейросетью на основе всех фанатских работ, найденных в интернете. И начинают репетировать.