Все было распланировано: движения, жесты, позиционирование на сцене. Все строго, расписано поминутно. В служении Владыке нет места экспромту и импровизации, нет места надежде на удачное стечение обстоятельств. Их группа всегда работала как идеальный механизм, в этот раз ничего не должно было измениться.

- Смотри в мои глаза, Омега, - тоном, потерявшимся где-то на границе между просьбой и приказом потребовал Папа.

На завтрашнем концерте многих фанатов удивит перемена в стиле Рейна, а точнее то, что теперь его кисти украшает не только пара серебряных колец, но и чёрный маникюр, история которого известна лишь им двоим: смущённому произошедшим Рейну и Дью, которому стало ещё труднее не отвлекаться на руки возлюбленного…

Кардинал Копиа считает, что его первый ритуал прошёл ужасно, и винит в этом себя. Эмеритус пытается помочь ему преодолеть неуверенность и стеснительность, которые могут помешать в исполнении роли преемника.

С тремором крупных, жилистых рук странное божество держит мое тело близко, почти до точки слияния в один кластер конечностей, я не могу дышать. Не могу... не могу... не могу вдохнуть даже на секунду... Моя грудная клетка трещит по швам, хрустит, словно сахарная, прокалывая острыми обломками мешочки лёгких, позвонки съезжают, лишая спину опоры, я хриплю, харкая кровью в жесткий волчий мех на вороте его плаща. "Не оставляй... ты не оставишь меня... скажи, что нет..."

Вессел ощущал себя подростком, испытывая противоречивые эмоции во время всей этой театральщины с Третьим на концертах. Вернее, бывшей театральщины.

На теле Вессела после ритуала остались лишь смазанные пятна грима. Пот струился по его груди, стирая краску, скрывавшую под собой бледный мрамор кожи, а его ладони оставляли темные следы на шее и плечах III, которые он крепко сжимал, чтобы удержать равновесие. Вессел мычал, снова подаваясь бедрами назад, и ни на секунду не отрывал взгляда от лица напротив, продолжал смотреть в одержимые желанием глаза, склонив голову на бок.

Моя интерпретация всего творчества Sleep Token.

Обычно Вессел поддерживал свою мистическую ауру, даже когда оставался наедине с другими участниками группы, но в последнее время он начал пересекать все допустимые границы. Никто не мог сказать точно, будет ли он сосредоточен на очередной репетиции и вообще решит ли прийти. Что уж говорить о взаимной поддержке, которой Вессел старался избегать, даже когда действительно в ней нуждался. Он был свободным, недосягаемым и могущественным существом, понять которое не мог никто, как бы ни старался.

Третий чертовски благодарен своему Богу за такое благословение. Благодарен Сну за то что все их жизни — белые ленты на алом древе — сплелись в один общий путь.

он высказывал немые слова любви, словно поклоняясь телу под ним.

Холодный пот медленно скатывался, оставляя противную мокрую дорожку на побледневшей коже парня. На него охотились.

Проишествие на концерте имело за собой хвост, который появился ночью после концерта в трейдере Содо

Гули не являются ни людьми, ни животными. Они гораздо опаснее любого из них и порой, потеряв над собой контроль, могут причинить боль даже тем, кого любят. Дью боится не совладать с собой в момент близости, но Эфир каждый раз знает, на что идёт, он готов взять ответственность за них обоих.