Обычная поездка на лето в деревню не оборачивается ничем, кроме новых приятных знакомств.

Тот, кто победил Вия, становится новым Вием — это непреложное правило, которое знает любая нечисть. А вот тех, кто к нечисти отношения иметь не желает, стоило бы предупреждать о таких нюансах заранее. А теперь уже поздно, долгих лет новому Вию! Осталось только набрать свиту.

Иной нечисти нужно разрешение, чтобы войти в дом. Иной не нужно, а только с разрешением-то приятнее и проще. Вроде как тебя пригласили, тебе рады, тебя и выгнать просто так нельзя. Не сразу, но Яков Петрович воспользовался любезным приглашением Бинха. Вот только это приглашение он истолковал несколько иначе, чем можно было ожидать. Тем более, ему еще никто не отказывал.

Николай раз за разом возвращался к событиям той ночи, перебирая их и пытаясь осмыслить. Когда он рванул в горящий дом, его крепко обхватил Тесак, прижал к себе и оттащил в сторону, роняя на землю… было тогда что-то неправильное, но Гоголь не мог вспомнить, что именно. Все воспоминания совершенно перемешались. Но с того дня Николай стал присматриваться к Тесаку.

В особняке Данишевских Бинх не выстрелил, а опустил оружие, и Гуро так быстро все обыграл, что Тесак даже напиться не успел, чтобы сдать Марии, где его начальство. И вот Яков Петрович везет в Петербург пойманную ведьму и двух будущих членов общества Бенкендорфа...

Иногда человеку кажется, что он больше не может: его жизнь, работа, окружение - все раздражает, все становится мерзко. И тогда глава тайного общества Александр Христофорович Бенкендорф уехал из столицы и решил осесть в российской глубинке, скрываясь под другой фамилией. И вот уже несколько лет по всей стране его ищет Яков Петрович Гуро. И находит. И возвращает... домой? Или дом остался там, в Диканьке, вместе с именем Бинха?

АУ, где Бинх - следователь Третьего Отделения, Гуро - ссыльный полицмейстер, и только Гоголь по-прежнему Гоголь. К глубочайшему своему сожалению.

Новогодняя сценка в школе, что же может пойти не так? Разве что факт того, что вы совсем не готовились к ней...

Яков готов вправду зашипеть, если услышит еще хоть один вопрос, а ублюдочный полицмейстер не отстаёт ни на шаг (немудрено, с яшиной-то хромотой), и смотрит будто волк голодный.

Александр Христофорович, а вам не приходило в голову, простите, что «между» — это тоже само по себе выбор?

Яков Петрович боится боли. Очень. Якова Петровича притягивает все, что его пугает.

Обо всем, что в селе и рядом видывала, Василинка сказывает тятеньке.

— Высеку. Я ведь сказал уже, Александр Христофорович. Со ссылкой возиться мне недосуг, в околотке вас стеречь тем более некому. Высеку.

— Я пришел поговорить, — говорит Бинх. — Не о чем говорить. Дело закрыто. Всадник убит. Нужного уровня доступа у вас нет.

Сердце сбивается с ритма. Николай вздрагивает от голоса, который не ожидал более услышать никогда в жизни. В распахнутой двери красуется Гуро собственной персоной. Он наклоняется слегка вперед, будто готов протянуть руку и помочь Гоголю подняться. В сумерках лицо его выглядит бледным, но улыбка виднеется вполне дружелюбная.

Александр Христофорович поджал губы и едва заметно закивал головой, сцепив за спиной руки. Взгляд его пробежал по земле, а после он исподлобья посмотрел на столичного сыщика. — Вы что же, — с расстановкой начал он, — в место, где девушек молодых убивают, привезли ещё одну?

Они за почти два года жизни в одном селе столько слов друг другу не сказали, сколько успели за начало этого вечера, даром что напивались до сего момента уже один раз.

О сложных отношениях Александра Христофоровича с домашними питомцами.

Бржуйский с Александром Христофоровичем не замечают неловкости, они вообще ничего и никого, кроме друг друга, сейчас не замечают.

Яков Петрович, также известный как бес, или черт, или лукавый, решил вспомнить старые родственные связи и на время своей "смерти" спрятаться у своего сына Вакулы. Ну, как - сына. Наверное. Солоха черту, который к ней захаживал, никогда не говорила, что сын от него, но мало ли... Да, Гуро - тот_самый_черт, который захаживал к Солохе и на котором Вакула ездил в Петербург.