Дилюк искренне хочет вернуть братские отношения с Кэйей, и вовсе не ожидает, что их объятия приведут к такому результату. || Хэдканон, в котором у Кэйи ну очень чувствительная шея.

...Взгляд так и застыл на заметно округлившемся животе Кэйи, в самом деле, очертаниями напоминающем гарпастум. Это не укладывалось в голове, хотя Дилюк видел немало гораздо более невероятных вещей и явлений. — Ха-ха-ха, я польщён! Всего-то и нужно было — забеременеть! Как только раньше не догадался? ~~~ С помощью гениального алхимика и каэнрийских технологий завести общего ребёнка не так уж сложно. Сложности у будущих родителей несколько иные )) ~~~ ФАНФИК ЗАВЕРШЁН =^_^=

мондштадт продолжал жить и без кэйи.

— Думал, я не ревную? — на плече девятого предвестника вдруг оказалась голова доктора с фирменной усмешкой, а после последовал уже привычный укус в шею.

О том, как два Предвестника согрешили на похоронах

– Если я пересплю с кем-то из твоих клонов, то это будет считаться за измену?

Волнение просыпалось в Дотторе лишь из-за одного человека.

Экономическое состояние региона можно было отслеживать по Панталоне. И сейчас все явно было плохо.

Немного измененный классический сюжет: вместо того, чтобы попросить Дотторе переспать с ним в обмен на финансирование, Панталоне просит его о чём-то очень личном и немного болезненном для доктора.

Дотторе постоянно видел сон, который стал ярче реальности. Проснуться или никогда не просыпаться?..

Сборник драбблов. Хэштеги как на а03: Панталоне любит Дотторе. Дотторе любит Панталоне.

Доктор хранит скелеты не только в лаборатории.

Были ли они знакомы? Разумеется. Поцелуй в пыли бархатных штор невозможно забыть. Дотторе усмехался, показывая белёсые клыки, говорил едко, кожу разъедая ядом, просил не выстанывать его имя столь громко.

Это был бы скучнейший вечер. Был бы. У барной стойки крутится алое платье, огибающее фигуру, длинные рукава, скрывающие руки до кончиков пальцев и шпильки такие, что прибавляли сантиметров десять к росту. И всё равно мальчишка казался миниатюрным, играясь пальцами с разрезом на бедре, заказывал очередной коктейль и почему-то прибывал в тоскливом одиночестве, которое доктор вознамерился развеять.

У него руки тёплые, на запястья излишки масла стекают, а день был таким тяжёлым. Панталоне устраивает голову на сплетении рук, тихо вздыхает, когда на него садятся сверху. И когда они успели потерять верхнюю одежду?

Дотторе привык вести свою деятельность под девизом "не убьёт - и ладно", но к его счастью, Панталоне, который случайно оказывается рядом во время вышедшего из под контроля эксперимента, как никто другой заинтересован в сохранении благополучия столь ценного для него во всех отношениях человека.

— Je te sucerais, — неожиданно произносит Дотторе, спустя минут двадцать тишины. Он всегда гордился своим знанием нескольких языков и охотно демонстрировал это своему парню, который лишь закатывал глаза.

Дотторе никогда не мог управляться со своими чувствами. Их трудно понять и пропустить через себя, и ему тяжело с собой ужиться, сколько бы раз он ни пытался. С кем ему действительно повезло, так это с человеком, готовым его понять.

Он поставил на колени второго предвестника Фатуи.

Ты всегда либо улыбаешься, либо врёшь.