Ин Хо не думал, что годы без нормальных человеческих связей скажутся на нем. Что его поглотит желание. Он сейчас безумно хочет снять маску перед ним и опять взглянуть на перекошенное от ненависти лицо. Что-то внутри разгорается как пламя.

Про то, как Сон Ки-Хун не может уснуть, а Хван Ин-Хо решает ему с этим помочь.

Ги Хун ничего не ел целую неделю. Ин Хо покупает ему нашумевший в Корее виноград Шайн Мускат.

Ненависть — это всего лишь обратная сторона привязанности.

– Приснился кошмар?– прозвучал тот же самый голос, на этот раз немного ближе. Ги-Хун вздрогнул. Он узнал этот голос, низкий и бархатистый, пронизанный легкой хрипотцой. Ги-Хун моргнул несколько раз, и его взгляд, наконец, сфокусировался на темном силуэте, сидящем на самом краю его койки. – Ëн Иль? Это ты? – мужчина прищурился, - Что ты тут делаешь? – Я услышал, как вы ворочились. Вот и пришел проверить, все ли хорошо с вами.

Они одни.

Он не понимал, как все это случилось. Мешанина чувств, мысленных блоков, и безнадежное желание разобраться. Нет, это не может быть. Он не должен чувствовать так.

Ги Хуна смущают в жизни только две вещи: нагота и вечные игры в гляделки. Нужно поговорить с Ён Илем о том, что ему не нравится, когда на него безустанно пялятся.

Ин Хо заинтересован. Заинтересован с долей одержимости, заинтересован до сопровождения плечом к плечу на любых вечерах. Ги-Хун задыхается сквозь стиснутые зубы и давится облегченным стоном, распахнув глаза. Смотрит ответственности в лицо и вновь напоминает о своем выборе — слабости, которая привела его к переходу на другую сторону.

— Как тебе звуковое сопровождение? — резко спросил мужчина, подняв осоловелый взгляд на Ки Хуна. — Что? — он непонимающе похлопал глазами, накрыл ладонью лоб Ин Хо, убрав с лица взмокшую челку и заглянув в глаза. — Джаз. Нравится? Исполнителя знаешь? — Нет. Стоп, это действительно то, что ты решил обсудить? — Misty eyes, а испол… — договорить мужчина физически не смог.

В комнате холодно, и Ги Хун не может перестать дрожать. Ин Хо помогает ему согреться.

Ин Хо не уверен, что это хорошая идея, но рукой уже тянется к чужой резинке на форменных штанах. Это не входило в его планы. Зажиматься в тесном туалете, подобно подросткам в пубертате, до сбитого дыхания и ломаной кривой пульса. И стояка (ну, конечно же, как же без этого!), что так недвусмысленно упирается Ги Хуну в бедро. В конце концов, Ин Хо тоже пропащий человек, со своими потребностями и желаниями, и даже здесь – Ги Хун будет играть по его правилам. «Ведущий» он вообще или кто?

Зная, что Инхо наблюдает, Кихун устраивает шоу прямо напротив одной из камер общей комнаты.

Ин Хо, может, и не очень хороший человек, но зато он отменно трахается.

Хван Инхо убил их всех: приказал этим стражникам в масках ликвидировать выживших, но Сон Кихуна сказал пощадить. И теперь, оказавшись за одним столом с самим Фронтменом, игрок 456 понял, что ничем хорошим это точно не закончится.

Участники должны сыграть в «Бутылочку». Как только игра становится все более смертельной, один из игроков предлагает непристойное задание. «Довести до оргазма игрока 001». Фронтмен, изображающий очень красивого Ён Иля, замирает на месте. Его цвет лица заметно иссох, как и у большинства участников. Что только что сказал этот ублюдок?

Вид Кихуна принял красноречивый характер. Скрывающая причину столь странного состояния кофта скатилась с бёдер, открывая Ёнилю вид на дрожащие бедра и влажное пятно в центре штанов. Кихуну захотелось провалиться под землю. Еще никогда он не был в столь унизительном положении.

Он всё ещё здесь, на этом острове, один — против прожорливого чудовища под маской детской игры.

Я пыталась. Но могут быть ошибки по сюжету и явные отклонения от сюжета, но всё так и было задумано.

Конец. Ин Хо застрелил Чжона Бэ, и Ки Хун бьётся в истерике, но случайно говорит не то, что хотел.