Пока она хмурилась, Танос уже приспособил на Нам-гю обе руки и полез губами куда-то в сторону чужого лица. — Ну че творишь-то? — поморщился парень и отвернулся, от чего Су-бон успел только смазано поцеловать в щеку, сильнее обнимая на ходу и утыкаясь почти вплотную в чужое лицо. — В толпе на нас никто не смотрит, — заржал куда-то в ухо парень.

— Тела двигаются, будто в безумной симфонии, Ты вдохновение, даришь мне эйфóрии. Tough love — наш путь через огни, В каждом миге растворяюсь, ты — my dream — Чувак, я всегда знал, что ты неравнодушен ко мне — Shit, не тебе Но ты все равно мой лббимчик, Нам Су

Имеются: Чхве Субон в роли извращённой версии Человека-паука, Намгю с СДВГ и их спутанные чувства друг к другу.

— Babe, ты чего-то не догоняешь, — щурит глаза и укладывает свою руку на запястье Нам Гю, от чего тот вздрагивает и мысленно посылает того уже в который раз, — я хочу лишь помочь. — иди ищи по барам тёлок, — он отмахивается и утыкается в телефон, показывая всем видом, что разговор окончен.

— Еще ревнуешь? — Да иди ты, — шутливо отмахивается Намгю, — в следующий раз они увидят, что ты уже чей-то, — после этих слов Гю смотрит на оставленные им же засосы на чужих ключицах. — I’m yours.

Нам Гю поворачивает голову и прядь волос выбивается из-за его уха, Танос автоматически тянет руку чтобы поправить её, подносит пальцы к чужому виску, но в последний момент, уперевшись подушечками в его голову с дурашливым выражением лица имитирует выстрел. Нам Гю расплывается в улыбке, в порыве бессмысленной ласки подаётся навстречу пальцам и трётся о дуло импровизированного пистолета.

танос, достаточно известный в своем городке рэпер, в один из дней, столкнувшись с неизвестным ему ранее парнем, начинает капать на мозги всей компании, с вопросами о нем.

Увязшие в пустом городе, в серых школьных коридорах, в дыме украденных затяжек, среди взглядов, от которых становится не по себе, они понимают, что неправильные чувства не смогут отпустить их даже после смерти. Танос не умеет отпускать, Нам-гю не любит подчиняться – и это ломает все рамки застоявшихся правил о любви.

Однако сейчас не видеть ничего, но отчетливо что-то ощущать, несмотря на отчаянные попытки обнаружить в себе сверхспособность рентген-зрения и увидеть, что там Намгю творит под столом, было сродни тому, чтобы засунуть руку в черный ящик: разум твердит, что там могут оказаться скорпионы, а сердце упрямо хочет верить, что они тебя не ужалят вопреки собственной природе. Такой уж он есть, Дэхо. Полный светлого трепета и надежды на лучшее.

Попривыкнув, он кусает его нижнюю губу, пытаясь вызвать реакцию. Оттягивает, убирает руку с челюсти обратно на бедро и кончиками пальцев скользит под край шорт, — неприлично коротких и открывающих хороший вид, кстати, — царапая кожу ногтями. Он не мстит за следы, которые оставляет на нем Нам Гю даже не используя рот, скорее, ему нравится ощущать, как из-за него Нам Гю дрожаще вздыхает, наклоняясь к нему еще ближе — куда уже? — и робко пробуется в инициативу.

— Так, ты, получается, божий одуванчик у нас? — он усмехнулся, смотря на парня. — Ты думаешь, это было просто так? По доброте душевной? — А почему же? — Я хочу, чтоб ты дал мне одну. — I don’t know what the fuck you’re talking about!

— You are so pretty, my boy. — дразня, сказал Нам Гю, клюнув парня носом в щёку. Искры-огоньки заплясали в глазах Су Бона от этих слов. Он положил руки на чужие колени, наклонившись ближе. — Нам Гю, — промурчал он. — Я тоже соскучился.

Еще чуть-чуть, и Дэхо бесповоротно лишится рассудка – от адски горячего дыхания, от незатыкающегося рта, от издевательски мягких ласк на возбуждении – от Намгю. Нет сил изводиться – хватает внезапно и предупреждающе сжимает худое предплечье; Намгю замирает на секунду, чуть погодя заглядывает в глаза. В них – безумное наваждение, плотоядный блеск и флер наркотического трипа, поддеваемого пиком возбуждения.

намгю смотрит на того парня с хвостиком на другом конце зала и думает короткое: не даст. от него энергия доброго пацана, лоха, милашки. такие ещё обычно трахаются как машины, берут все на себя, берут себе все, беспокоятся, чтобы ты головой не ударился, чтобы горло не перенапряг, чтобы смазка была та, которая тебе нравится. очень, конечно, круто, но такие, блять, не дают.