Прикол в том, что людей я понимаю хуже, чем компы.

— Если я тебе нравлюсь, может, ты будешь относится ко мне… лучше?

Арсений — тоже ворона. Но белая, холеная, с приглаженными перьями — перышко к перышку, любящая все блестящее и яркое. И я, наверное, никогда бы не подумал, что с ним что-то не так, что он другой, если б Вася, наш барабанщик, не взял у бати его бэху — покататься.

Гера был в числе таких же и предпочитал любоваться Андреем при редких встречах в коридорах и столовке. То, что тот теперь был в двух шагах от него и неделя общего проживания впереди — максимально хуевая тема.

Перепуганный мальчишка-проститутка, серые кусты и окурки в пожухлой траве. Визг молнии. Затравленный взгляд. Что, в общем-то, может из этого выйти хорошего?

Я два месяца чуть ли не каждое утро дрочил, представляя, как сделаю это: оттрахаю Киру во всю длину. В его комнате. В доме его родителей. На узкой кровати, под плакатом “Мстителей”.

— Стой, не спускайся вниз, залезь мне в сердце, а не в ширинку джинс.

Одно разбитое окно, пять трупов, взорвавшийся огнетушитель и автомобиль, который пришлось бросить на шоссе. Хавьер знал свое дело, проблема была одна - сынок босса, которого замучила девственность.

Маринель был как свежая теплая кровь, брызнувшая на снег — яркий и контрастный, белокожий ягненок со строгими зелеными глазами истинной пуританки и хищной улыбкой последней шлюхи.

Вы рыбачили на океане? Океан не похож ни на одно из морей. Стоя на сером, раскинувшемся из края в край, пустом побережье, ты знаешь, что ты ничто. Только песчинка, только камушек гальки, послушный слепой воле седой воды. Всё в твоей жизни - рок и смирение. Свинцовые тяжёлые волны, накатывающие на берег - твоя судьба. Океан глух к шепоту песчинок.

— Ника, подожди, — я стою у окна с сигаретой, забывая достать зажигалку. — Мы же увидимся?

Мареш был геем, но если не знать этого факта, догадаться было нереально: обычный мужик, красив, но брутально, по-мужски, без мягкости черт. Выжженный солнцем медовый блондин, смуглый и крепкий, с прожигающими до внутренностей темными глазами, с осколочным ранением в ноге, отчего прихрамывал, с теннисным мячиком в кармане — для Клары.

— Иди к своей любимой жене, святоша. Если захочешь — после такого.

Подходя к лавочкам, Валик жмурил один глаз, прислушивался к прокуренному перханию знакомой всему студгородку компании и только потом сообразил, что курс взял прямо на Макара, который, если бы не охуел в момент распахивания пальто, точно выдернул бы ему ноги.

Одна шикарная независимая блядь и один нормальный мужик. Виктимоагрессорские ухаживания, взаимная ненависть и сарказм вместо флирта. И секс. Много секса.

Этого парня на черном спортбайке с заклеенным от гаишных камер номером и в прикольном шлеме в виде башки киношного Хищника Юрец приметил еще на трассе, когда тот обошел его как стоячего, ловко лавируя между машинами. Юрец было попробовал пристроиться в хвост, но быстро отстал и сбавил обороты, недовольно пробурчав себе под нос: — Лихо! Так лихо, что доездится скоро, дебил патлатый!

Все чувства Маринеля взрывались сладкой болью, багровая волна затопила не только горло, но и мозг, он глотал горячую кровь жадно, осознавая, что то, что он прежде называл оргазмом — ложь. Бутафория в сравнении с настоящей мистерией.

Был бы Зайцев девчонкой, проблем бы не было. Цветочки, прогулочки, поцелуйчики у подъезда, одного кстати, общего для них обоих, и все, можно брать. Но Зайцев, сучонок, свои узкие светлые джинсы натягивает на мужской зад. И вряд ли догадывается, что в Волковских фантазиях он уже многократно оттрахан за гаражами.

Из Тридевятого царства привез Царь подарок сыну. — Бать, это что? — спросил, едва не заикаясь, Царевич. — Как что? — удивился Царь, дыша винными парами. — Ты же просил собачку? Вот, держи! Царевич посмотрел на «собачку» — почти два метра ростом, лапищи толщиной с хорошее бревно, кубики пресса под серой шерстью, уши торчком и якорная цепь на шее. Типа ошейник. «Собачка» оскалилась. Царевич сглотнул.

— Ты сказал мне, что он гей. Но не сказал, что к тому же и фембой, бляха! Это сложнее, чем я думал! — Поэтому я попросил именно тебя! Потому что шестой разряд и разрешение на оружие. Коля, Коль…