Казалось, что могло быть хуже плавящей жары, вечной поливки овощей и фруктов и нескончаемых поручений от бабушки? Оказывается, заблудиться в лесу могло быть и не худшим событием, но последствия - точно не радуют.

Школьное AU, где Кадзуха пытается подружиться с нелюдимым одноклассником и при этом не получить по печени ногой, а Скарамуччу тревожат мысли о настойчивом новичке.

Последние два года Скарамучча провёл с дулом у виска. Работать на босса подпольной мафии было крайне опасно, но по-другому он бы умер от голода. Оказавшись в полицейском участке под надзором, в жизнь парня приходит некая Джинн и обещает ему дать шанс на новую жизнь. Скарамучча соглашается, даже не подозревая, что ему придется жить с четырьмя парнями в одном доме, которым тоже в прошлом пришлось пережить настоящий нечеловеческий ужас.

Казуха любил часами записывать мысли на пергамент. Скарамуш не отвлекал его, позволяя погрузиться в мысли, и наслаждался тихим шелестом кисти о бумагу. Сборник драбблов, связанных одной сюжетной линией. И которые в конце к чему-нибудь да приведут. Завершено.

Университетская АU, в которой Скарамучча - полный провал в готовке, а Казуха просто учится на кулинарном факультете.

— Да и вообще вы похожи на кокос и персик. — неожиданно прибавила Нахида. Скарра не въехал. — Да нет же, это просто концепция из психологии. — рассмеялась тетя. — Люди-персики обычно добрые, нежные, мягкие, отзывчивые снаружи. То есть в плане поведения и общения. Но внутри у них или что-то темное, мрачное, скрытое ото всех, или просто крепкий стержень, о котором долго даже не подозреваешь.

Не лучшая идея неожиданно признаваться в любви своему другу. Так же, как и избегать его после. И всё же убежать далеко ему не дадут. Скарамучча это уже понял.

Красный диплом, проблемы с физикой и так вовремя появившаяся родственная душа.

Хогвартс АУ где Кадзуха ловит себя (и не только) на симпатии к одному слизеринцу.

Отправляться с классом в летнюю поездку совершенно точно не входило в планы Скарамуччи, поэтому обнаружить себя с собранными вещами возле отбывающего поезда казалось как минимум странным. Однако было кое-что ещё, и гораздо более странное — маленькая шалость лучшего друга, обернувшаяся весьма неожиданными последствиями.

Скарамучча соглашался быть парнем Казухи, но вот уже два года живет с клоуном. От бесплатного цирка только дурак откажется, а Скарамучча никогда дураком не был, и в будущем не собирался.

смотря на самого себя, скарамучче хотелось верить, что это не его тело.

Скарамучча верит, что быть немым в мире, где каждый находит свою родственную душу по опознавательным словам на запястье, — проклятие самой судьбы.

– Приготовил тебе что-то романтичное? – парнишка напротив нее залился краской, отворачиваясь, чтобы нарисовать стрелки, внимательно осматривая себя в большое зеркало прихожей. – Ну, мам, блин. Я не знаю, он ничего не сказал. Смущать сына было любимым занятием Эи. Наблюдая, как тот поспешно прыгает в зимние ботинки, натягивает сверху куртку, а потом убегает, прихватив шарф и крикнув быстрое «Пока», женщина тихо хихикает. Ох уж эта подростковая любовь.

Тарталья вдруг объявляет, что нашел Казухе соседа: «Но хоть ты и съедешь с этой ужасной общаги, знай: Скар будет противней местных тараканов». Но Казуха так не думает. По одной он узнает узнает все его проблемы и находит им решения, собирая острые иглы сосны в букет цветастых листьев клена. Скар держит этот букет и думает, что просто присутствие Казухи в его жизни – уже решение любой из проблем.

Знакомство с нынешним наследником клана Каэдэхара не должно было обернуться этим.

Каждый вечер Странник приходил к той самой сакуре, надеясь ещё раз увидеть того прекрасного юношу.

Движения лже-человека так филигранно отточены, легки как перо и, словно заранее запущенный механизм двигались в такт музыкального сопровождения. Даже с закрытыми глазами, Куникудзуши знал, что непреклонно алый взгляд был направлен только на него.

В безумной тревоге и панике Скарамучча падает на кровать, погружаясь в крепкий глубокий сон, не ожидая того, кого он там встретит...

Скарамуш не привык к нежным прикосновениям. Он познал страдания и боль, не зная утешения, пока не встретил Кадзуху – самурая из Инадзумы, который относился к нему так, как он всегда желал.