«Шоу, воплощающее самые смелые фантазии. Шоу, которое искушает и будоражит воображение. Сбегите от реальности на одну ночь, чтобы насладиться красотой мужских тел» — гласит описание на сайте. Но для Джисона есть одна проблема. Его глаза скользят дальше, к предупреждению под текстом: «Мужчинам вход запрещен».

Минхо должен выстрелить. Его стрела поможет любви расцвести в сердце Джисона. Любви, которую он якобы заслуживает. Любви, с которой Минхо категорически не согласен.

— Ты по роже получить хочешь, ублюдок? Я же только что сказал, что моё, то моё и никого больше, понятно? — прошипел сквозь зубы Минхо.

— Поразительно, Хан Джисон. Я уже начал сомневаться в твоих умственных способностях, но, кажется, всё не так плохо. И ты только что назвал груду железа "деткой", серьёзно? На самом деле, не то чтобы Минхо действительно удивлен. Это вполне в его стиле. И вот в него он влюблен? Местные гопники не стали бы его пиздить за превышение братских полномочий, потому что им бы стало его жаль.

Он быстро ложится обратно на бедра Минхо и выдыхает. Нужно что-то сказать. И на этот раз что-нибудь адекватное. — Твоей маме зять не нужен? Блять. Какой же он еблан. Джисон слышит тихое хихиканье сверху. Как же стыдно. Закрывает глаза, поворачивая голову в сторону. Утыкается носом в чужой пах. Сука, он сейчас расплачется.

— Вы можете сделать скидку, пожалуйста? — Феликс краснеет ещё больше, но что делать. — Отсосёшь - сделаю, — кассир явно не шутит, и подтверждение этому является едкая ухмылка. Темноволосый проводит языком по красным губам, избегая пирсинг.

Джисона против его воли отправили в лагерь на всё лето. Парень ещё не догадывается, что в этом месте его ждёт сотня ярких воспоминаний, которые на прямую будут связаны с его друзьями и ужасно раздражающим парнем по имени Ли Минхо, который не упустит ни единой возможности подколоть Хана, даже на ровном месте. Кажется, это лето ещё удастся спасти.

Ли Минхо — хладнокровный наемник, работающий на подпольную организацию в Сеуле, где правят деньги и жестокость. Его жизнь — это череда заданий, крови и одиночества, пока он не получает заказ на устранение Хан Джисона, уличного музыканта с темным прошлым, который якобы знает слишком много. Однако первая встреча оборачивается не смертью, а необъяснимой притягательностью: Джисон, с его дерзкой улыбкой и острым языком, не боится смотреть в глаза убийце.

На экране актёры слились в поцелуе, движения становились медленнее, воздух в кадре — напряжённее. Одежда спадала, а руки скользили по чужим телам. Но хуже всего было не это. Минхо вдруг понял, что продолжает держать руку на бедре Джисона. А точнее — что его пальцы теперь чуть сильнее сжаты, а сам он едва заметно поглаживает кожу под тонкой тканью спортивных штанов. А ещё — что Джисон это заметил.

Про парня, который безумно любил цветы, но стыдился своей любви, и человека, который смог изменить это.

Хана, конечно, предупреждали, что с приездом в Барселону его будет ждать новая жизнь в виде отчима и сводного брата, Минхо. Но не такого старшего брата он себе представлял: грубого, надменного и с характером полного придурка. — Все испанцы такие мудаки? — Todos los coreanos son de mente estrecha? — Ли оскаливается в дразнящей ухмылке и тычет его пальцем в лоб, заставляя пошатнуться.

В один октябрьский день троих друзей заносит в кофейню, чтобы укрыться от дождя. Попутно решая выпить кофейку, ребята единогласно отправляют Джисона к кассе. Но он бы ни за что не согласился, если бы знал, чем ему обернётся встреча с чертовски симпатичным бариста.

- Странный ты конечно, всё понятно было с первого раза.. да и тем более, зная этого придурка. - То есть, ты всё знал и видел когда меня трахали три человека, но просто взял и свалил? Сможет ли кто-нибудь излечить шрамы, нанесённые на юное тело ?

— Ты умрешь в течение пары месяцев, в худшем случае — недель. Если не пойдешь со мной. // AU, в которой каждый имеет право на жизнь. Даже мертвые.

Студенческая жизнь нелегкая, особенно когда ты живёшь в общаге и когда ты влюблён в своего соседа по комнате, но еще хуже когда этот сосед натурал. Или история о том, как Хан понял что не больше не может сдерживать своих чувств к Минхо, а друг дал ему совет как узнать о чувствах Ли.

Та дрожащими руками хватается за спину Рюджин, пока ноги неуклюже свисают со стола. Она царапает ногтями спину, благо Шин в одежде. — Моя послушная шлюха.

Неон плавится по стенам, музыка бьёт в грудную клетку, тела движутся в ритме жара. Клуб «Aurum» живёт по правилам Хван Йеджи. Она выбирает девушек, как бриллианты, и ни перед кем не отчитывается. Почти ни перед кем. До той ночи. Когда на сцену выходит незнакомка в кружеве, на каблуках. Только Йеджи знает, кто это. И понимает, что этот танец не шоу

‎Никогда. Никогда бы Минхо не набил себе на тело блядскую татуировку. Однако жизнь распорядилась иначе, ибо теперь на медовой коже чёрным красовалась цифры - телефонный номер одного бесцеремонного мастера.

— Ты не сказал своё имя. — Зачем оно тебе? — голос его дрогнул. — Я хочу знать, на кого смотрю сейчас, — наконец произнёс незнакомец.

Город спал, укутанный осенним туманом. На пустынной аллее парка Ёйдо, где фонари отбрасывали жёлтые пятна на влажный асфальт, стоял только один человек. Он смотрел на груду свежевскопанной земли под старым платаном, и его губы растянулись в улыбке, лишённой тепла. —Часть пятая, — прошептал он, бросая последний взгляд на место, где теперь навсегда останется левая рука Хан Джисона.