Из двух шпилек-цзань, сцепленных в изящный чай, в волосах Цинсюаня осталась одна.

Необычный способ выплатить долг, необычные ощущения... Хэ Сюань бы с радостью променял всё это на пару мисок вкусной еды. Слишком ярко. Слишком маняще.

Хуа Чэн и представить раньше не смел, что утро может быть таким добрым.

Если бы кто - то увидел его сейчас, то врятли бы подумал, что это одно из Четырёх Великих Бедствий.

Се Лянь был стеснительный, и что бы предложить что-то новое, он старался намекать пару дней, но даже Хуа Чэн был не в силах понять эти максимально странные намеки. И тогда принц запинаясь и краснея, объяснял чего же хочет.

Ши Уду и не думал, что его подкаты окажутся настолько действенными. Ши Цинсюань и представить не мог, что невинная шутка зайдет так далеко. Пэй Мин даже мысли не допускал, что целовать мужчину окажется так приятно. Мин И даже предположить не мог, что не ржать бывает так тяжело. А пранк и не знал, настолько он может выйти из-под контроля.

Беру самца с гаремом из 600+ жен и его прекрасного попаданца-шизуна. (ﾉ◕ヮ◕)ﾉ*:･ﾟ✧ВжУх~~~ И они олесбиянились(￣^￣)ゞ Могу. Умею. Не бейте.

Намечтавшись перед сном о Фэн Сине в образе Нань Фэна, Му Цин устраивает собственную «Курильницу» с генералом Наньяном и его младшим служащим.

Хуа Чэн напаивает Се Ляньснотворным. Когда он относит его в кровать, то какое-то время спустя начинает возбуждать принца во сне. После пробуждения принц видит, как три Сань Лана доставляют ему удовольствие.

Купальня – одно из отличных мест не только для отдыха, но и где Его Высочество мог расслабиться и восстановить силы. Горячая вода снимала усталость после многочисленных боёв, а аромат сливы приносил долгожданный покой. Однако Цзюнь У предпочитал не проводить время здесь в одиночестве, часто разделяя момент уединения с тем, кто был ему особенно дорог.

—знаете, советник, заниматься такими непристойностями в храме самого совершенного владыки Шэньу – недопустимо, — раздаётся горячий шепот на ухо. — тем более, когда в нём так много людей. Не боитесь, что увидят?

Стараясь пройти как можно тише после тяжелой пьянки с друзьями Няньцин медленно входит в комнату, если он разбудит своего парня ему явно не поздоровится. Тот очень за него переживал, когда тот пил, а в этот раз Мэй, увлекшись игрой в карты, даже не написал, что задержится. Вероятно Цзюнь У уже чуть с ума не сошел. За своими размышлениями Няньцин совсем позабыл про реальность, он резко споткнулся и чуть не полетел прям на пол, но почувствовал обвивающие за талию руки.

Обыкновенный новый год в квартире у Хуаляней

— Ничего объяснить не хочешь? Вот приду я к тебе и.. иии.. — И будешь выгибаться, умоляя дать тебе кончить?

Он курят вместе.

Миленький денек Цзюньмээв.

Фэн Синь – пират под командованием капитана Хуа. Как то сделав остановку в пристане СяньЛэ они взяли в заложники юного паренька у которого была карта. Карта вела на неизвестный остров, который прозвали Тунлу. Среди пиратов ходили легенды о нескончаемом богатстве, проклятье и русалках...

- Вообще-то, - Цзюнь У прерывается, облизывает губы, и Няньцин сосредоточенно смотрит, как кончик языка невесомо прикасается к коже. Губы у Императора влажные, правильной формы и красивые. Мэй Няньцин часто и подолгу смотрел на них еще при существовании Уюн, - …вообще-то ты твердый.

Он наконец-то спокоен и может уйти. Его израненная душа заслужила покоя. Юань так долго пытался спасти его и теперь все пойдёт к концу. Один поцелуй. Юань проснеться и все, что он делал столько времени, останется только сном. Лишь горечь чужих губ и чужой жизни останется с ним. И пока жизнь пойдёт дальше, он продолжит ценить её. Каждый свой вдох, каждого человека на своем пути.

Чем же еще могут заняться два парня в уборной, запирая на замок дверь, чтобы незваные гости не застали их? Навряд ли болтать о жизни.