Когда Сугуру впервые встречает Годжо, он понимает, что это ошибка. «Ты в порядке?» — слова, которые не должны были исходить от этого парня. Особенно сейчас. Это просто его удача; его дерьмовая, ни на что не годная удача, давшая ему такого соулмейта, который является полной противоположностью тому, что ему нравится. или: сатосугу соулмейт ау, в котором первые слова, сказанные твоим соулмейтом, отображаются на теле.

Сугуру потребовались годы, чтобы понять, что прикосновения Сатору не бессмысленны. Ему потребовались годы, чтобы понять, что Сатору нуждался в прикосновениях, как умирающее растение нуждается в воде.

— Ага, это же Годжо-сенсей. Он жить не может без внимания. Хочешь сказать, он не хочет, чтобы кто-то влюбленно ходил кругами вокруг него? — Это… хороший аргумент. — Как думаете, в кого он влюблен? — спрашивает Итадори, подпрыгивая и чуть ли не сияя энтузиазмом. Нобара ухмыляется: — А давайте-ка мы это выясним.

— Что бы ни блокировало твою проклятую энергию, оно также не дает тебе произносить определенные вещи, а именно врать, — уточняет Сёко. Когда Сугуру моргает, она добавляет. — Проще говоря, твое тело заставляет тебя говорить только правду, — она пожимает плечами. — Если ты попытаешься сопротивляться, что ж. Ты знаешь, что произойдет. Сугуру продолжает пялиться на нее. — Так это правда? — медленно произносит он. — Я влюблен в Сатору?

Ученики пытаются выяснить, на ком женат профессор Годжо, но все идет не по плану. || Хогвартс!АУ

— Сатору, — зовёт Гето, но едва слышит собственный голос из-за звука сердцебиения, отдающего звоном в ушах. — Да? — спрашивает Сатору, оборачиваясь. Гето нервно сглатывает. — Что там? — удаётся произнести ему, тыкая непонятно куда за спину Годжо. Сатору вытягивает шею и поворачивает голову, чтобы заглянуть себе за спину. — Что там? Когда он оборачивается, Сугуру стоит на одном колене. Глаза Сатору расширяются. — Сугуру? Или, Сугуру делает предложение Сатору. Всё идёт не по плану.

Нанами Кенто, измученный ассистент врача, работающий у известного в городе терапевта, сталкивается с самым интересным пациентом, данные которого он когда-либо имел удовольствие документировать. Если бы он только не тратил столько времени на обеденный перерыв. Или: отслеживание процесса развития Ханахаки у Сугуру посредством тщательной медицинской документации.

Сатору заметил депрессию Сугуру еще до того, как ситуация вышла из-под контроля.

Годжо Сатору мертв. Он потерпел неудачу - не спас своих учеников, друзей, мир. Но вопреки всему, он верит, что оставляет мир в надёжных руках. Надеется, что, по крайней мере, смог уберечь единственное, что имело для него значение… Пока они не встречаются в загробном мире. Слова, сами собой вырывающиеся из горла Сатору, такие чужеродные, это крик, полный глубокой тоски. Его голос срывается, переходит на сбивчивый шепот, задушенный рыданием, слезами, грозившимися пролиться. "Это мой сын."

Шаманы не всесильны. Рано или поздно каждый из них столкнется с неизвестным проклятьем, которое не сможет изгнать. И два сильнейших мага не исключение. Хотя, в случае Сугуру, он просто не ожидал, что проклятие, которое он собирался поглотить, его опередит, да еще и забросит на 12 лет в будущее.

Просто почему-то его выводило из себя то, что Сатору был абсолютно не против всего этого.

— Перестань так волноваться, красавчик. Ты выглядишь как всегда отлично, — не задумываясь говорит Сугуру. Заметив чужое удивленное молчание, он оглядывается на Сатору. — Что? — Ты считаешь меня красивым? — А? Сатору повторяется. Сугуру же кажется, что сейчас он очень сильно потеет. — Ну, ты же модель, уверен, ты слышишь это не впервые. — Но ТЫ считаешь меня красивым? Сугуру сухо сглатывает. — Конечно, — тихо говорит он. — Да, считаю. или, Сатору и Сугуру модели, которые сначала не ладят

Сатору пьёт только капучино с карамельным сиропом, а ещё влюблён в красивого бариста. Ради этого он готов тратить весь свой рабочий перерыв на дорогу до кофейни, где работает Сугуру.

Годжо Сатору — ядовитая тентакула, слепящее зимнее солнце; временами проще дать, чем объяснить, почему нет. Гето Сугуру, наученный многолетней дружбой, отбиваться от Сатору даже не пытается.

— Мне, пожалуйста, банановый раф с карамельным сиропом и.. О! Добавьте туда ещё взбитых сливок. И шоколадную посыпку. И ещё шоколадный сироп. А если смешать банановый сироп, карамельный и шоколадный, будет вкусно?

Смеха ради тот всегда заходил ярко и с криком продолжая так удачно начавшийся ритуал неизменной фразой «лавандовый раф, туда два стика сахара и корицы туда ебните побольше» и Сугуру казалось тоже веселился с представлений Годжо когда он драматично падал к его ногам едва ли не лучше чем актеры в кино и театрально хватался за полы его фартука чтобы попросить хулиганским тоном чашечку бодрости.

Всем известно, что Сугуру – тот ещё кошатник. И однажды, когда Сатору случайно косячит на миссии и возвращается с парой ушек на макушке и хвостом за спиной, они оба… оказываются в немного неловкой ситуации.

— По традиции нашего заведения, мы выписываем имена на стаканчиках. — Сатору меня звать. – тут же отзывается юноша, наигранно поправив душку темных очков. — Сатору? Хорошее имя.

Сатору никак не мог почувствовать себя по-настоящему счастливым в этом сером мире, будто зияющая в груди пустота только росла. В новой реальности всё было довольно мирно, и он практически готов смириться с тем, что судьба оставила ему подарок, будто дразня тем, что он никогда не перестанет быть особенным.

С тихим звоном дверного колокольчика он вошёл внутрь, в нос сразу ударил запах кофе и сладкой выпечки. Сатору блаженно улыбнулся и чуть опустив взгляд, чтобы осмотреть предложенные ему вкусности, наткнулся на любопытный взгляд бариста.