Когда хочешь начать жизнь с нуля, самостоятельно принимать решения — ты готов сбежать хоть на край света. Для Лили этим краем света оказался Разведкорпус. Даже здесь она старалась не выделяться, сливаться с толпой. Но череда событий вывела ее на передовую — плечом к плечу с самим командующим.

От Армина к Эрену. [Армин пишет для Эрена раз в месяц, до конца жизни. Случайные мысли, признания, обиды, новейшие культурные и технологические прогрессы. Все, что угодно. Все для своего друга, которого уже нет рядом, чтобы стать свидетелем всего этого].

— Где чай? — спрашивает Эрвин, глядя на Леви. — Какой чай? — нагло отвечает он.

В свою первую зиму на поверхности Леви сразу же простужается. Эрвин, похоже, очень сильно хочет помочь ему выздороветь.

— Мисс Рал, — вдруг подал голос Смит, погрубее сминая в ладони бедро Леви, — вы готовы к вступительному экзамену?

В ночь перед экспедицией Леви решает сделать подарок сослуживцам.

Нанами Кенто — твой преподаватель английского в этом году, и это сводит с ума. Когда Нанами просит тебя задержаться после занятий, он узнает о тайном ультиматуме, который повлиял на твои оценки в классе, и раскрывает свой собственный секрет.

Хэдканоны с персонажами Атаки Титанов 18+

— Но знаешь, — чуть тише добавил он, — однажды я бы хотел найти кого-то, кто посмотрит на меня так же, как мама на папу.

В упаковке подарков нет ничего сложного. Так думал чёртов капитан, пока не застал невыносимую разведчицу среди горы крафтовой бумаги, бечёвки и сургуча.

Больно. [Взгляд в сознание Эрена во время Гула Земли.]

Собаке — собачья смерть. Аккерману — рабская. Мою мать убили мятежники, когда она сражалась за короля. Отца повесили стражники, когда он сражался за короля. А моя сестра… Я не знаю, что с ней, жива ли она вообще, помнит ли. Я помню, вот что самое гадкое. А ещё я помню белоснежное платье, ушитое аккуратным кружевом, её розоватую кожу, высеченную из мрамора и волосы — чёрные настолько, что самая тёмная ночь покажется лишь жалкими сумерками. Я считал свою младшую сестру красивой.

За неделю может произойти что угодно, даже тройное убийство.

— Почему ты никогда не мастурбируешь при мне? — ...А? [После пяти лет отношений Какаши недоумевает, как ты можешь стесняться прикасаться к себе в его присутствии.]

Один играл на синтезаторе, а другой на кулаках. Запах гнили проник глубоко под кожу, но сидя в мертвеющем саду, они смогли найти свои отражения.

Руки Саши были холодными как лёд. Когда она касалась меня, тело покрывалось мурашками. Я входил в неё, но было неприятно. Будто в мороз выбегаешь на улицу голым и ныряешь в снег. Ужасное чувство. И почему-то рядом не было ничего, что смогло бы меня согреть. Ни нежных рук матери, ни горячего шоколада, ни даже толстого одеяла. Лишь сырое ледяное тело. И им была моя любимая Саша.

XVII век. Ватикан мечется между истиной и страхом. Служители Церкви Эрвин и Леви бросают вызов времени, интригам и догмам, чтобы сохранить жизнь учёному и найти своё собственное спасение.

История стара, как мир: друзья становятся возлюбленными. Но, как всегда, за свое счастье еще предстоит побороться.

Ненавидела, она ненавидела проклятых духов. Ненавидела проклятую энергию и магов, и как следствие, себя — потому как волею судьбы этой энергией была одарена сполна. ...от детства к юношеству и до сегодняшнего дня ярость была единственным топливом на всё: ярость, чтобы жить, ярость, чтобы убивать, ярость, чтобы идти вперёд, ярость, чтобы помнить обо всём.

Постканон, AU. После заключения мира представители Парадиза пытаются наладить торговые каналы и выйти на большой рынок, общаясь с богатейшими семействами материка. Получив отказ от главы одного из них, они находят неожиданную поддержку в лице его дочери: единственной наследницы бизнеса, Виктории Остерман.