Из Цишаня молодой император возвращается с трофеями: головой узурпатора, золотом вэньской сокровищницы и наложником.

Вот так — взять и избавиться от него, едва найдя после стольких лет безуспешных поисков? После долгих метаний между осознанием и неверием в его смерть? Чёрта с два! | Цзян Чэну удается утянуть нерадивого шисюна в Пристань. Какого же будет удивление Вэй Ина, когда долгие годы скрываемые чувства окажутся не столь безответными, как казалось прежде?

– Что случилось? Цзинь Лин посмотрел на него влажными глазами и всхлипнул, не сумев подавить дрожь в голосе: – Вэй Усянь, он… не просыпается. // или: Цзян Чэн много думает, вспоминая прошлое, рефлексирует и приходит к выводам, пока Вэй Усянь в очередной раз творит глупости, чтобы расставить всё по своим местам.

В год, последовавший за падением Безночного Города, Старейшина Илина, Вэй Усянь, был окончательно повержен и схвачен на проклятой горе Луаньцзан. Вменив ему в вину ересь тёмного пути, развязывание войны, убийство праведных адептов и неслыханный разврат, что навлёк гнев Небес на мир заклинателей, Глава Ордена Юньмэн Цзян, Цзян Ваньинь, лично доставил пленника в темницы Пристани Лотоса. Там, скованный Вервием Бессмертных, Вэй Усянь ожидал суда и публичной казни, назначенной Советом Кланов.

Помолчав ещё несколько мгновений, Цзян Чэн наконец сказал: – Я – наследник ордена. Однажды я буду вынужден взять жену и оставить потомство. Но я… у меня почти нет опыта. Я боюсь, что не смогу справиться со своими супружескими обязанностями. Если бы вы могли показать… научить… Я никому не доверяю так, как вам, Лань-сяньшэн. Лань Ванцзи сдержал громкий вздох. Он не подозревал, что просьба Цзян Чэна может быть столь… пикантной. И так чудесно соответствовать его собственным желаниям.

Ваньинь неуверенно берет в руки свиток, но не решается его раскрыть. Смотрит неверящим взглядом, как на проклятье или божье благословение, и невольно вспоминает день, когда они с Вэй Усянем послали друг другу письма в будущее. (Fix-it, где ЧэнСяни получают послания из прошлого).

Когда они были маленькими, Яньли пела им песню. Вэй Усянь знал, что Цзян Чэн очень ее любит. Однажды, Вэй Усяню повезло случайно услышать, как Цзян Чэн напевает ее.

...но ведь ты же сильнее меня, сильней и уверенней. // Вэй Усянь разулыбался, подполз ближе, заглядывая в нахмуренное лицо, и доверительно шепнул: — Скажи, если бы я умер, что бы ты делал?// или: юные чэнсяни и тонкая откровенность в летний жаркий день.

Они давно не пили вместе.

В мире, где одним днем рушатся мечты и надежды, где каждое утро — это борьба за выживание, а прошлое оставляет лишь шрамы, рождается история о силе любви. О том, как из руин прошлого можно возвести не просто орден, но и новую жизнь. О том, как тепло человеческого сердца способно растопить даже самый холодный лёд и возродить надежду в самых безнадёжных уголках души. О том, что даже в самых тёмных временах, есть та искра, которая способна взрастить из пепла лотос — символ возрождения и красоты.

После очередной ссоры с Цзян Чэном Цзинь Лин получает возможность заглянуть в прошлое своего цзюцзю.

Орден защищен, Цзинь Лин у власти, а сам Цзян Чэн назначен Верховным заклинателем. И вроде все как обычно, но, похоже, у него появился пассажир – вещь, вторгшаяся в его тело. Ее невозможно убить, невозможно идентифицировать, но она живая и растет. И она убьет Цзян Чэна, если ее не смогут удалить. Но он не собирается просить помощи. Ни у кого. Цзян Чэн всегда находил способ продолжать жить, и он найдет еще один, прежде чем эта штука убьет его. Верно?