Нелепый, неуклюжий и вредный, не обладающий в совершенстве ни одним качеством хорошего работника, вечно растрачивающий свою неугомонную энергию на молодых и привлекательных посетительниц, а главное, абсолютно не уважающий своих коллег, Танос, как он себя своевольно провозгласил, раздражал одним только своим присутствием. Нам Гю, на него глядя, перманентно закатывал глаза и отворачивался, стоило только крашеному неформалу вбежать в каморку персонала, как обычно, с опозданием на десять минут.

— Не кисни, dude. Не всё потеряно. Распахнув глаза, он мгновенно уставился на ухмыляющегося Таноса. Дающего голодную надежду избавиться от ломки. — О чём ты? Руками Намгю нервно теребил край своей футболки. Не мог дождаться очередной таблетки. Чего тот так тянул? — I'm saying you're lucky. И тут Танос высунул язык с наполовину рассосанным цветным кругляшком. / Или что было бы, если бы Танос выбрал вместо вилки — крепкую мужскую дрочку.

Попривыкнув, он кусает его нижнюю губу, пытаясь вызвать реакцию. Оттягивает, убирает руку с челюсти обратно на бедро и кончиками пальцев скользит под край шорт, — неприлично коротких и открывающих хороший вид, кстати, — царапая кожу ногтями. Он не мстит за следы, которые оставляет на нем Нам Гю даже не используя рот, скорее, ему нравится ощущать, как из-за него Нам Гю дрожаще вздыхает, наклоняясь к нему еще ближе — куда уже? — и робко пробуется в инициативу.

Намгю отчаянно пытается разобраться с чувствами к Субону. Альтернативное развитие событий в игре "Третий лишний".

Намгю соврет, если скажет, что липнет и послушно виляет хвостиком вокруг Таноса исключительно ради таблеток. Поначалу ему казалось, что неспособность фокусироваться на ком-то, кроме Таноса, вызвана веществами, ведь, логично, что за Субоном, источником наркотиков, нужен глаз да глаз, ибо лишаться их для Намгю было уж совсем не выгодно. На крайний случай, он думал, что во всем виноват болезненный недотрах. — Хватит пожирать его глазами, – язвительно обронила как-то Сэми.

— You are so pretty, my boy. — дразня, сказал Нам Гю, клюнув парня носом в щёку. Искры-огоньки заплясали в глазах Су Бона от этих слов. Он положил руки на чужие колени, наклонившись ближе. — Нам Гю, — промурчал он. — Я тоже соскучился.

— Не останавливайся... Блять, не переставай прикасаться ко мне, — умолял Танос, его голос был хриплым от нужды. Он подался бёдрами вперёд, стремясь к ещё большему восхитительному трению.

Танос всегда был в его поле зрения. Нам Гю кружил вокруг него, как мотылёк вокруг пламени, даже если Танос и не удостаивал его особым вниманием. Теперь всё иначе. Теперь Танос скользит губами по его шее, оставляя на коже влажные, тёплые следы, метки, которых невозможно не заметить. Теперь он жадно впивается в его губы, целует так, будто от этого зависит жизнь.

Действие таблеток заканчивается, и Намгю впервые видит, как Субон плачет.

- Мне нравится. - You always like what i do, - Танос привалился на Нам Гю, цепляясь пальцами за бедро, царапая кожу отросшими крашенными ногтями и продолжил, - мне бэков не хватает в начале и в конце. - И чё мне теперь, обоссаться? - So nasty dude. - Завали пиздак.

Он не хотел бы просыпаться, но просыпается. Только не от очередного до жути ненавистного звука будильника, а от чужих прикосновений и каких-то попыток разбудить. Он открывает слипшиеся толи от слез, толи от бурной ночки с наркотой, глаза и понимает, что его зовет по имени родной голос. — Нам Су.. Эй, Нам..гю.. — грубые руки касаются вздрогнувшего тела и брюнет тут же встаёт с места, принимая сидячее положение.

До встречи с Таносом Нам Гю не знал, что гости в клубах умеют извиняться за свое отвратительное поведение. До встречи с Су Боном, он не подозревал, что умеет быть счастливым без наркотиков. Он был убеждён, что наркоклиники не могут помочь. Но в этот раз всё иначе. А может, все дело в Су Боне?

Нам Гю долго смотрит на чужие тонкие пальцы, утопающие в фиолетовых — мягких ли? — волосах, и молчит, чувствуя улыбку на щеках, чувствуя жар чашки в ладонях, чувствуя в груди и висках пляску зачастившего пульса. — Я только одного ещё не узнал, Нам Гю. Ты... сказал бы мне "нет"?

Танос привлекает слишком много внимания, а Нам Гю ревнует, не понимая своей ценности в чужих глазах. А может, стоит просто поговорить?

Нам Гю чувствует, как его буквально наполняют хорошие эмоции, переливаются через край. Аж солнечное сплетение начинает болеть, дышать становится труднее. Это похоже на наркотическое опьянение. Нет. Это в сотни раз лучше. Нам Гю приподнимается на локтях, смотрит на лежащего рядом Су Бона. Рассматривает. Буквально пожирает взглядом. Такой красивый, такой вымотанный. И весь его. Боль в груди от переполняющих эмоций смешивается с возбуждением и отдается в члене.

Нам Гю никогда не думал, что ему посвятят песню, точно также, как и не думал, что когда-либо сможет оголить перед кем-то свою душу и тело. Но в конце концов этого всего добился Танос.

Намгю не знает причины такого особо внимания в свою сторону. Почему именно он, а не кто-то другой в этом чертовом университете? Ну, хотя бы в их группе?

Честно, Субон уже немного устал. Раньше у него были отношения, завязанные только на сексе и прочей такой херне, и как бы Субон не пытался изменить себя, он все еще оставался нимфоманом — грубо говоря, но секс был неотъемлемой частью его жизни. Субон пытался переступить через себя, но не мог, потому что он неебически устал надрачивать себе в туалете каждый раз. Но в этот вечер все изменилось.

Таносу нужно придумать обложку для своего нового альбома. Нам-Гю — его идеальная модель.

– Я бы справился, – фыркнул Нам Гю, но уже без прежней резкости. Он снова промокнул платком его лицо, на этот раз мягче, чуть дольше задержав пальцы на коже. Проведя кончиками по горящим ссадинам на скуле – так осторожно, будто трогал не царапины от массивных колец на чужих толстых пальцах, а как минимум ценный фарфор. Су Бон шумно выдохнул. – Да, знаю. Но я всё равно бы его ударил. [студенты!au]