Известные стримеры Иван и Тилл оказались в центре скандала из-за подозрений в квирбейтинге. Но в чём же проблема? В том, что они помолвлены.

Тилль бросает вызов Ивану, предлагая вести себя на стриме как парочка как можно дольше.

Тилл наконец набирается смелости признаться в своей давней любви Мизи, но вместо этого она совершает перед ним каминг-аут. Отказ приводит его к тому, что он занимается самоанализом, осознавая, что он, возможно, и сам немного гей. Возможно.

— Суа, — начинает Иван. — Как думаешь, мне пойдут розовые волосы? В ответ она легонько шлёпает его по затылку. — Ты серьёзно? Нет. Иван с улыбкой наклоняет голову. — Тогда, наверное, мне лучше купить очки. // Иван и страдания влюблённого подростка.

Следующие несколько недель, Иван наблюдает. Тилл имеет ужасные оценки по всем тестам, но прекрасно играет на гитаре. Он никогда не появляется в школьной столовой, как бы внимательно Иван ни оглядывал присутствующих. В то же время, он также не видел, как Тилл ест в классе. А еще, Тилл был тем, кто ухаживал за цветами во внутреннем дворе школы.

— Меня зовут Иван. Я бы хотел набить татуировку. Постоянную. Тилл предполагает, что все "золотые детки" рано или поздно начинают бунтовать. — Какой дизайн хочешь? Иван сияет. — На выбор мастера.

— Они должны были позволить мне хотя бы поцеловать тебя в ответ, — бормочет Тилл в губы Ивана, вызывая тихий смех, который отзывается во всём теле. — М-м-м. Возможно, всё могло быть куда печальнее, — отвечает Иван, даря Тиллу последний нежный поцелуй, ужасно напоминающий тот, что был на сцене. Тилл подсознательно сжимает руки Ивана крепче, проводя большими пальцами по запястьям и нащупывая пульс.

— СУА ИВАН ЗАБОЛЕЛ СОС БЛЯТЬ ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ БЛЯ БЛЯ ПОМОГИ!! Суа, телефонная наркоманка, отвечает без промедления. И это вообще не помогает: — ЛМАООООООООООО Ладно, пошла она на хуй, летит в чс. Мизи, конечно, может забеспокоиться, но она просто невыносима, когда дело касается заботы о других, так что нет смысла зря её тревожить. Хёна, наверное, тоже посмеётся. А Иван – тот самый больной. Получается, Тилл остался один. Тиллу нужны новые друзья.

Иван — опытный айдол, ставший актёром-новичком, — встречает на съёмочной площадке своего кумира. Кое-что происходит. Много чего происходит. Иван, похоже, выиграл эту жизнь.

Если Ивану хочется шутить, хихикать и накручивать волосы на пальчик перед какой-то девушкой, которую Тилл в жизни не видел, это не его, блять, дело. — Я не думаю, что у Ивана настолько длинные волосы, что их можно накрутить на палец, — говорит Мизи. — Это фигура речи, — огрызается Тилл.

— И с кем бы я встречался? С тобой? — Ну да. Если это заставит их отъебаться от тебя. // Ивану просто нужна была помощь, чтобы избавиться от назойливых однокурсников, и так получилось, что в именно этот момент вспыхнула лампочка.

Сколько раз можно спрашивать Тилла, встречается ли он с Иваном, прежде чем он… ну, сам задастся этим вопросом?

Вообще-то, Тилл не был геем. То, что он оказался в гей-клубе, было одним большим недоразумением.

Быть другом Хёны означало проводить бесчисленные ночи, выпивая в баре её матери, и после нескольких таких встреч, где все пытались – и безуспешно – перепить Хёну, они начали замечать, что Иван просто… не пьянел? Никогда? И, естественно, Хёна не из тех, кто отступает перед вызовом, поэтому она поставила себе цель выяснить, что же нужно, чтобы напоить Ивана. ИЛИ 5 раз, когда компания пыталась напоить Ивана, и 1 раз, когда у них случайно получилось (с пьяным признанием в любви)

В голове Тилла раздаются тревожные звоночки. Ему становится не по себе, но в сознание закрадывается что-то ещё, заманивая его дальше. Иван слегка задыхается, продолжая тихо посмеиваться. Тилл вздрагивает от ощущения его дыхания на своей шее. — В конце концов, я президент студсовета. Тилл, я не знаю, с чего он решил, что такому ничтожеству, как он, всё сойдёт с рук. // Эмо-Тилл и спортсмен-Иван AU, где Тилла отстраняют от занятий после драки, а Иван приходит к нему домой.

Внезапно он остро осознал их положение: колени Тилла по обе стороны от талии Ивана, достаточно близко, чтобы он мог почувствовать твёрдость его тела, ощущая его пульс там, где всё ещё держал запястья Ивана в крепком захвате. Он почувствовал лёгкое головокружение, наблюдая, как Иван высунул язык и провёл им по нижней губе. — Как бы мне это ни нравилось, — сказал Иван, — а я уверяю тебя, что мне это нравится — не думаю, что соблазнение сильно поможет тебе там.

Город, раньше наполненный гулом разговоров, гудками машин и звуками жизни, теперь утопал в шорохах, рычании, криках и крови. Ни один универмаг не уцелел, ни одно здание не осталось нетронутым и незапятнанным кровью. Можно было даже сказать, что на каждом углу был след смерти — кости, остатки изорванных тел или сгнившей плоти, лужи крови на асфальте. В воздухе мегаполиса витал тошнотворный запах гнилой плоти.

— Трента фраппучино с белым шоколадом и пятью дополнительными шотами эспрессо. — Конечно, сейчас пробью это для вас... Подождите, пять шотов эспрессо? — переспросил он, ошеломлённый. — Я заикнулся? — невозмутимо ответил Таинственный Покупатель. Иван наконец посмотрел на него повнимательнее, готовый отчитать за манеры, но, встретившись с ним взглядом, он замер. Чёрт. Он горячий.

когда мизи и суа заходят, чтобы передать ивану бумажный пакет, в котором, по их словам, содержится совершенно секретная, засекреченная информация, иван оказывается в замешательстве. а когда он уходит на лекцию, так и не заглянув внутрь, и тилл начинает странно себя вести, он запутывается ещё больше. или: история о том, как иван и тилл — пара идиотов (влюблённых).

— Я выгляжу как дерьмо, да? — говорит Тилл, проводя рукой по волосам, а всё, о чём может думать Иван, это нет, нет, нет, ты выглядишь как самый красивый человек на свете, потому что это правда, даже с этой толстовкой, небрежно завязанной на бёдрах, и следами двух часов сна, оставшимися на коже.