Ёсики отказывается участвовать в спасительной миссии, но и отпускать Хикару в горы он не хочет. Они решают оставить всё, как есть, что приводит к полному опустошению деревни. Жизнь для Ёсики превращается в ежедневное мучение, где единственным спасением для него остаётся Хикару, который всегда рядом.

Хикару медленно опустился рядом, прижался лбом к его виску. — тогда я скажу правду, — сказал он. — я не человек. но я могу стать чем-то, что рядом с тобой — не пугает и не ломает.

Это омерзительно, ужасно, противно, это пр… тно.

Посреди багрово-красной радужки затрепетали голубоватые искорки. Некогда страшные глаза распахнулись широко в удивлении, губы тронула улыбка. — Знаешь, Ёшики, — произнес Хикару и двинулся руками вверх по его худому животу, — ты самый жадный человек, когда-либо ступавший на вершину той горы.

Проникновение.

– Можно я... можно мне тоже, – Хикару сжимает плечо Йошики, осторожно встряхивает и приводит в чувство. – Можно. – Знакомое лицо тут же исчезает, его обволакивает со всех сторон. Йошики цепляется за Хикару, будто бы тот его якорь в этом моменте, где всё постепенно темнеет. Это действие явно будет иметь последствия, но ему слишком хорошо. Глаза закатываются, тело сжимается, когда он ощущает прикосновения везде и сразу.

Про взросление, первую любовь и попытки принятия неизбежного будущего. AU, в которой Хикару никогда не умирал, Ёшики безнадежно влюблен, и все у них, в общем-то, хорошо.

Ёшики выдохнул. И чуть отвернулся, чувствуя, как покраснел. Челка упала ему на лицо. — Ладно... Только я не умею. — Я тоже. Но я только что видел. В фильме. Знаешь, они делали это... — ладонь Хикару, чуть влажная от жары и нервов, осторожно легла Ёшики на щеку и повернула его лицо к себе, — вот так.

Он вжался лбом меж острых лопаток, прикрыв глаза и отдавшись странно-уютному чувству. То, чем они занимались, больше его не отвращало; напротив, он искренне жаждал тех моментов, когда Хикару стыдливо смотрел на него большими глазами с красными точками-зрачками посреди лазурной синевы. Этот взгляд всегда говорил сам за себя — существо хотело. Оно хотело Ёшики. Хотело его целиком, поглотить с головы до ног, но все равно довольствовалось малым.

Всё, с чем приходилось мириться с того злополучного дня, ощущалось, как невыносимо тяжелый груз. Мысли, тянувшиеся друг за другой неразрывной цепочкой, превращаются в вихрь. Еще немного и он сметет всё вокруг, но... — Ёшики, - пальцы Хикару дотронулись до подбородка друга, заставляя посмотреть на себя, — ты расстроился? — Из-за чего?.. — Из-за того что мне не может быть больно. Только ли боль не ведома Хикару? И почему от других предположений становится самому так больно внутри?

Ни для кого не было секретом, что Ёшики наотрез отказывался стричь свою чёлку. Ему твердили об этом снова и снова, будто это было какое-то заклятие. Но истинную причину его упрямства знал лишь Хикару.

— И о чём? — успел выдохнуть Ёшики, прерывая поцелуй лишь на мгновение, чтобы коснуться его лба своим. — О чём ты думаешь? — О тебе. Постоянно.

История про принятие себя, когда ты не такой, как все, любовь детства, взрослые разговоры и монстров под кроватью. AU, в которой Хикару и его отец никогда не умирали, Ёшики в третьем классе переезжает из Токио в Кубитачи, а пубертат никого не щадит.

Наверное, в каждой Вселенной, в каждой её вариации, в каждой параллели — Йошики всегда, всегда выбирал бы его.

О призраках прошлого, ошибках молодости, взрослых разговорах, бесконечном принятии и сумасшедшей любви. Или музыкальная AU, в которой Ёшики играет в рок-группе на басу, один Хикару уже много лет не может себя заставить взять гитару в руки, а второй сияет так ослепительно, что гасит собой все звезды с небосвода.

Йошики всегда считал, что дружба с Хикару прочна и будет длиться всю его жизнь. Расстояние сыграло с ними злую шутку, оставляя вопрос, а настолько ли она крепка, чтобы пройти это испытание. Последней каплей становится случайная встреча с человеком, пугающе похожим на него, заставляя Йошики по-новому взглянуть на свои чувства. Между страхом потерять то, что дорого, и тревожной надеждой, что возможно всё ещё сохранить, он пытается понять, чего на самом деле хочет сердце.