Их жизни пересеклись в коридоре, где тишина звучала громче всех диагнозов. Один не верил, что доживёт до лета — да и не стремился. Другой завещал ему весну, желание жить и собственные чувства. У любви нет тела, но она может остаться органом, жить под рубцом и звать сквозь глухие стены больничной палаты.

— Они должны были позволить мне хотя бы поцеловать тебя в ответ, — бормочет Тилл в губы Ивана, вызывая тихий смех, который отзывается во всём теле. — М-м-м. Возможно, всё могло быть куда печальнее, — отвечает Иван, даря Тиллу последний нежный поцелуй, ужасно напоминающий тот, что был на сцене. Тилл подсознательно сжимает руки Ивана крепче, проводя большими пальцами по запястьям и нащупывая пульс.

Тилль бросает вызов Ивану, предлагая вести себя на стриме как парочка как можно дольше.

Тилл был взволнован и в какой-то далёкой степени счастлив, но зудящее желание отпиздить этого психа и жгучая злость никуда не ушли. по итогу, выход для эмоций был совершенно иной.

Ему не мерещится. Это взаправду. Иван перед ним, Иван жив.

Что, если Лука довольно часто навещает Тилля за кулисами?

Тилл бросает на него взгляд и морщит нос. Мило. — И что, блять, это значит? А потом: — Ты говорил, что у тебя нет дня рождения, — бормочет он, почти смущённо. Интересно. Ивану срочно нужно изучить его под микроскопом. — М? — спрашивает брюнет, хотя прекрасно слышал, что сказал Тилл. Он всегда так делает. Что-то в нём хочет, чтобы Тилл снова это сказал. // Тилл дарит Ивану подарок на день его усыновления.

Тилл медленно открывает глаза. Он оказывается немного дальше от окна, чем обычно бывает, и это приносит его в небольшое замешательство. Более того, кажется, его подушка совсем прогнулась, так как голова немного затекла от твердости кровати. А еще есть ощущение, будто его кто-то обнимает...

Если он не будет бдительным, Тилла утащит какой-нибудь жалкий и недостойный альфа-вредитель. Иван откинулся на спинку кресла, размышляя, что сделать, чтобы ни у кого больше никогда не возникало никаких подозрительных мыслей о Тилле. Он должен действовать осторожно. Если спалится, Тилл может прийти в ярость. Допивая свой напиток, Иван начинает разрабатывать план. // Или же Иван и Тилл пропускают пару этапов в своих отношениях, не так уж скрытно пытаясь манипулировать друг другом.

Можно, остаться тут навсегда? Или же, au о том, как Иван умирает в шестом раунде и перерождается во вселенной, где Тилл уж очень подозрительно себя ведёт и неловко краснеет рядом с ним.

Тилл — уважаемый актёр. По неизвестным причинам он всегда мчится домой сразу после окончания съёмок. Лишь наскоро попрощавшись, он исчезает. Ивана гложет любопытство, пока он наконец не решается спросить. И он точно не ожидал узнать, что его старший коллега — отец-одиночка.

С лёгкой улыбкой он прошёл мимо Тилла в гримёрку, приветствуя персонал. Тилл стоял, с отвращением уставившись на пустое место, где только что стоял Иван. Иван целовал других? Чёрт, почему это звучит так раздражающе? Тиллу ведь и самому приходилось целовать других актёров ради ролей, так чем же это отличается? Он вздохнул и обернулся, услышав, как режиссёр зовёт готовиться к съёмкам. // Тилл сохнет по ничего не подозревающему Ивану, пока они записывают сцену с поцелуем для 6 раунда.

На день рождения Чен Сяоши Лу Гуан делает ему самый простой подарок, который в кратчайшие сроки обращается в нечто большее.

– Иван, ты... Ты не должен этого делать. Хочешь... Хочешь, мы поженимся? – Тилл обхватывает его руки, смотря с бесконечным отчаянием. – Тебе меня совсем не жаль? – Иван вырывает свои ладони и поднимается из-за столика. Под напускным безразличием колышется черная, безграничная печаль.

Тилла уже давно беспокоит чувство того, что, несмотря на одиночество, он совсем не один, но что же он почувствует, узнав, что он действительно не один?