Жажда справедливого возмездия подталкивает Силко к разрешению затянувшегося конфликта между ним и Вандером. Это выглядит как неплохой способ избавиться от своей старой зависимости.

Утро Нэйтана началось с решения для себя очень важного вопроса, касающегося его имиджа. А именно с ногтей.

В состоянии измененного сознания Джейс Талис совершает импульсивную покупку, которая вот-вот изменит его жизнь... и предпочтения.

Джейс обязан увидеть, как Виктор рыдает от удовольствия.

Переписанная третья концовка. Они целуются и Винсент не откусывает Роди ухо.

Юра был абсолютно замечательным партнёром. Именно таким, каким его всегда представлял Костя. Кроме одного "но".

Жизнь Антона можно было уверенно переименовывать в порно-ситком. Как ещё иначе объяснить, что он упирался ширинкой Арсению в щёку - ещё и отодвинуться никак не мог? Любой омега в подобной ситуации уже бы поплыл, учитывая подступающий на днях гон. Но они с Поповым были заклятыми врагами, что выручало. Выручало же?

В космических экспедициях Антон работал кем-то по типу "подай-принеси-иди-нахуй-отсоси". Он бы выкинул свой диплом лингвиста в иллюминатор, если бы в этот раз с ними не было Арсения - вежливого и горячего инопланетянина, который говорил фразами из советского кино и эротично покусывал губу, когда пытался вспомнить правильный перевод.

Попов был не просто занозой в жопе: он был и занозой, и жопой, и невозможной заёбой. Чем дольше Антон смотрел на начальника в его дурацком ежедневном "костюме" ботаника, тем громче в голове звенела мысль - "что-то здесь не так". Но он готов был бороться за место на новой работе до конца. Будут они врагами, друзьями или трахнутся прям на столе после смены - неважно.

Это какой-то злобный жизненный прикол. У Антона стояло на Арсения постоянно. И если поначалу это вызывало эмоцию по типу "ахаха, прикинь?", то спустя время начало пугать. Он уже задумался о покупке стальных трусов, чтобы хотя бы не прикрываться каждый раз. Стояло - на голос, на улыбку, даже на одежду. Просто на пиджак, оставленный на стуле! Всё бы ничего, если бы Антон не был ассистентом фотографа, а Арсений - моделью, с которой они чаще всего работали.

— Давайте сыграем в «Я никогда не». Правила простые — по очереди говорим о себе какой-нибудь правдивый факт, начинающийся с фразы «я никогда не», а те, кто это делали, пьют. Ну и понадеемся на честность друг друга, иначе какой тогда смысл?

Вы когда-нибудь мыли руки вдвоём? Так, чтобы ваша ладонь была в чьей-то чужой, и вот всё это в мыле. Хлюпко, забавно и неожиданно интимно. Особенно для человека, у которого там эрогенная зона.

Антон - альфа. Но с мягкого, учтивого и зефирно-нежного Арсения он натурально течёт. И завтра ведь опять вести Савину в садик, а значит придётся смотреть в глаза симпатичному воспитателю и стараться не заплакать от света нимба над его головой. Если бы ещё Арсений не ненавидел всех альф без причины - было бы вообще супер.

Арсений преподаёт философию, он хорошо разбирается в этике и нормах морали. В отличие от Антона. Антон – сталкер, и он очень хорошо разбирается в Арсении.

Попов без задней мысли открывает чат с Шастуном А. А. и быстро пролистывает до нужных фото, крепит их к сообщению и скидывает в чат. А потом понимает, что лучше бы он никогда и ничего не скидывал бы Антону Андреевичу, потому что — криворукая он сука — прикрепил к рабочему сообщению не только фото злосчастной бумажки, но и собственного, будь он неладен, стояка. |AU, в котором Арсений кидает дикпик своему начальнику Антону, а потом пытается оправдываться демократией|

После того, как Сэм вытаскивает Дина из Ада, тот перестает разговаривать. У Сэма уходит неделя, чтобы убедить Дина открыть рот и доказать, что его язык все еще на месте. Еще две недели требуются ему, чтобы признать — брат больше не разговаривает. Проходит еще одна неделя тишины — они ездят в Импале, как ожившие манекены, и сидят в мотелях, как человеческие чучела — прежде чем Сэм решает начать говорить за двоих.

Юджи просматривает фотографии, которые сделала Нобара, и замечает, что на общих снимках Мегуми постоянно следит за ним. Тогда Юджи пытается выяснить, в чём дело, и приходит к трём версиям.

Сокке нравится, как Зуко выгибается под ним и кусает кулак изо всех сил, лишь бы не застонать в голос. Он старается сдерживаться – это в его характере; он же Лорд Огня и все такое. Но Сокка не сдается так просто – он знает, Зуко может быть громким. В конце концов, он все еще Зуко – порывистый, вспыльчивый и эмоциональный. И Сокка хочет довести его до пика – всегда доводит. Особенно когда у них есть достаточно времени, как сейчас.